4
Минуты ожидания тянулись бесконечно долго. Я давно исходил все тропинки и дорожки, вымощенные круглым булыжником, вдоль и поперёк, сорвал с дерева молодую ветвь и измял между пальцами молодую листву.
Этот новый мир даже пах иначе. Прежде в саду росли только те деревья и цветы, которыми любовались ещё наши деды и прадеды, всё было узнаваемо, неизменно сотни лет, а сейчас вот это дерево прибыло с юга, поэтому оно так горбится, будто карлик, от резких порывов ветра.
А вот то диковенное растение, напоминающее морских ежей, родом с той стороны моря. Им всем здесь не место, рано как и мне.
Весна почти заканчивалась, скоро наступит знойное лето. Драконы любят тепло. Но правда и то, что терпения мы лишены, а я был вынужден ждать.
Если Ниара не придёт, отправлюсь к ней сам, выманю в сад при помощи Оливии, пусть отрабатывает мою милость. Уговор был таким: я беру её замуж, она помогает мне завоевать Ниару.
Пусть они ненавидят друг друга, недолюбливают, мне плевать.
— Кто вам сказал, что вы можете передавать мне просьбы?! И что я не только захочу, но и смогу прийти сюда незамеченной? — Ниара появилась вся раскрасневшаяся, задыхающаяся, будто за ней гнались, но, увидев меня, сразу приосанилась и посмотрела свысока.
— Но ведь захотели и смогли. То, что невозможно для принцессы, допустимо для ведьмы.
Я не спешил сокращать между нами расстояние, чтобы не спугнуть. Ниара выглядела птичкой, решившей напасть на коршуна первой, потому что избежать столкновения не удастся.
— Вы сегодня особенно красивы, Ниара, — улыбнулся я, осматривая принцессу с головы до ног, будто видел её впервые. Будто она была изысканным блюдом, которое подали для меня одного.
— Перестаньте, милорд! Что вы от меня хотели? Я пришла только из жалости.
— Из жалости?
— Ну, ещё из любопытства.
На этот раз побледнела, но не спешила уходить. В этой части сада нас не найдут, если не будут искать намеренно. Скоро закат, мне надо спешить.
— Сделать вам предложение, ваше высочество, — ответил я, не сводя с неё глаз. — Очень важное для меня.
Она вся закрытая книга, с ног до головы закутанная в платье модного кроя и вдовьего цвета, не оставляющего для взглядов поклонников ни единого шанса. Ни декольте, ни выреза, всё целомудренно и тем сильнее хочется выцарапать Ниару из этого чехла!
— Тогда сразу нет! Я не выйду за вас замуж, удовлетворитесь Оливией!
Повернулась, чтобы уйти, но чуть помедлила.
— Вы даже не выслушаете, что я хочу предложить? Сразу решили, что это предложение руки и сердца?
Она вздрогнула как от удара, мой тон и слова её унизили, поэтому и помедлила, не ушла прочь немедленно.
И я воспользоваться моментом, оказался рядом, обнял со спины, окутал в тумане, полезшем из земли и каменной ограды, чтобы скрыть нас от любопытных, если они решатся на то. Тогда они не вспомнят даже о том, что приходили в сад.
— Я не желаю…
Шёпот её ещё больше меня распалил. Я решил оставить ненужные объяснения на потом, все они кажутся пошлыми, лишними. Тому, кому они предназначены, нет нужды ничего объяснять.
Ниара затрепыхалась в моих руках.
— Пустите, я закричу!
— Бесполезно. Я уже говорил вам, что воля короля значит меньше воли Бога. Вы сами ему отдались, Ниара, когда вступили в сокровищницу, поклялись служить, так служите.
Я говорил это в маленькое розовое ушко, поцеловав его в конце, и она вздрогнула, снова попробовала отстраниться, но мои губы спустились ниже, скользнули по тонкой синей жилке на шее, и под кожей ледяной принцессы вспыхнул огненный цветок. Мой яд проник ей под кожу, или он всегда был там, ждал, пока я приду и выпущу его бродить по её крови.
— Так не бывает, — вздохнула Ниара. Её глаза увлажнились, но более попыток вырваться она не делала.
Поняла, что бесполезно, однако не сдалась, я чувствовал, что напряжена, как струна, пружина, готовая распрямиться и унестись прочь. Собирала магию, не привыкшую подчиняться хозяйке, чтобы дать отпор, но, должно быть, сама не очень того хотела, поэтому всё оказалось зря.
— Я хочу показать вам небо, Ниара! И отказа не приму.
Она снова кивнула.
Думаю, даже не поняла, о чём я говорю. Смотрела в одну точку, закусив нижнюю губу, словно ей было больно.
Мои объятия крепки, но я был осторожен вдвойне, Ниара казалась мне хрупкой, как статуэтка изо льда. Если бы не древний обряд, обязывающий Дракона проверить свою возлюбленную небом, я бы не отпустил её.