25
Глава 25: Разорванное сердце Дракона
Машина Олега бесшумно рассекала ночную тьму, унося Яну всё дальше от остатков её прежней жизни. Она сидела на заднем сиденье, прижав к себе спящих детей. Тихо плакала. Слёзы текли по щекам, растворяясь в волосах Насти. Это были слёзы бессилия, отчаяния и жгучей ненависти. К нему. К Олегу. Который, казалось, сидел рядом, чувствуя каждую её дрожь, каждое невысказанное проклятие.
Он, конечно, чувствовал. Сидя за рулём, Олег Игоревич ощущал её боль, её горечь, её ненависть, которая волнами исходила от её дрожащего тела. И каждое такое чувство отзывалось острой болью в его собственной груди, разрывая её на части. Его сердце, древнее, драконье, привыкшее к власти и контролю, сейчас горело от невыносимой тоски и вины.
Он вспоминал тот день, когда впервые почувствовал это. Ощущение, что его Истинная, его судьба, наконец-то близка. Это было как невидимый зов, мощный, всеобъемлющий, пронзивший его насквозь. Он жил сотни лет, но никогда не испытывал ничего подобного. И когда Яна Сергеевна вошла в его кабинет на собеседование – простая, но такая живая, с огнём в глазах и этой удивительной, тёплой аурой – он сразу понял. Это она. Его Истинная. Его пара. Единственная, кого он искал веками.
В тот момент мир вокруг него будто изменился. Цвета стали ярче, звуки чище. Он чувствовал её запах – запах дома, запах будущего. Эйфория захлестнула его. Но потом… потом он взял её личное дело. Прочитал строчки: «Семейное положение: замужем. Дети: дочь Анастасия, сын Семён».
Это был удар. Холодный, отрезвляющий, пронзивший его драконье сердце. Замужем. У неё семья. Он, Олег, древний дракон, владеющий несметными богатствами и властью, подумал, что ошибся. Что это невозможно. Что его Истинная не может быть занята. Это противоречило самой сути его мира. И, охваченный этим отрезвляющим разочарованием, он ей отказал в работе.
После этого год они не виделись. Год Олег пытался забыть её. Но она не выходила из его головы. Ни одна женщина не вызывала у него таких сильных чувств, ни один день не проходил без мыслей о ней. Он думал о ней постоянно, сомневаясь в своём решении, в своей ошибке.
А потом, когда год спустя их пути вновь пересеклись, и он снова её увидел, его снова шибануло с такой силой, что все сомнения рассеялись. Он понял, что это не ошибка. Это была его Истинная. Несмотря на то, что он прочитал, что она замужем и что у неё есть дети. Ничто не могло заглушить этот зов, это знание.
Сейчас, слушая её тихие рыдания, Олег чувствовал, как его собственное сердце кровоточит. Он сделал ей больно. Он забрал её свободу. Но он не мог иначе. Его природа, его инстинкты, его сама суть не позволяли ему отпустить свою Истинную. Он веками искал её. Он был готов на всё, чтобы быть с ней. Даже если это означало причинять ей боль. Даже если это означало быть для неё монстром.
«Ты будешь моей, Яна», — прошептал он, глядя в темноту дороги. — «Неважно, сколько слёз ты прольёшь. Неважно, сколько боли я тебе причиню. Ты будешь моей. И тогда, возможно, ты поймёшь, что это единственная судьба для нас обоих».
Он сжал руль до побелевших костяшек. Впервые за много веков он чувствовал себя таким уязвимым, таким отчаянным. Он держал свою Истинную силой, но понимал, что это не то, чего он хотел. Он хотел её любви, её принятия. Но, похоже, для этого ему придётся пройти через все круги ада. И он был готов.