26
Глава 26: Золотая клетка и первые битвы
Прибытие в особняк Олега было ещё одним ударом для Яны. Это был не просто дом, а настоящий дворец, утопающий в роскоши. Огромные залы, отделанные мрамором и позолотой, картины в старинных рамах, антикварная мебель – всё здесь кричало о несметном богатстве и безупречном вкусе. И, конечно, о власти.
Дети, поначалу ошеломлённые, вскоре пришли в восторг. Сеня с визгом носился по коридорам, а Настя, с благоговением, разглядывала каждую деталь интерьера. Для них это было сказкой, осуществлённой мечтой о жизни в замке. И Яна понимала, что именно на это и рассчитывал Олег. Он купил их наивность, их детскую радость.
Олег лично провёл их в их новые комнаты. Для Яны и детей была выделена целая часть второго этажа: просторная спальня для неё, две комнаты для детей, обставленные с учётом их возраста и интересов, и отдельная ванная. Всё было сделано с такой тщательностью, с таким вниманием к деталям, что Яна невольно отметила это.
«Надеюсь, вам здесь будет комфортно», — произнёс Олег, стоя в дверном проёме, наблюдая за реакцией детей. Его взгляд остановился на Яне. — «Всё, что вам понадобится, будет доставлено. И не стесняйтесь просить».
Яна лишь кивнула, не в силах выдавить из себя ни слова благодарности, ни возмущения. Она чувствовала себя марионеткой в его руках, которую переставили с одного места на другое.
Следующие дни были странными. Яна жила в золотой клетке. У неё было всё: изысканная еда, прислуга, которая появлялась по малейшему зову, возможность купить что угодно. Но у неё не было свободы. Александр, водитель, теперь постоянно находился у ворот, готовый отвезти её куда угодно, но всегда под его контролем. Попытка уйти пешком или вызвать такси была исключена – Олег недвусмысленно дал понять, что каждый её шаг будет отслеживаться.
Дети быстро освоились. Сеня нашёл общий язык с дворецким, который оказался необыкновенно терпеливым к его шумным играм. Настя с увлечением изучала огромную библиотеку Олега, находя там книги, о которых могла только мечтать. Олег часто проводил время с ними. Он играл с Сеней, рассказывал Насте удивительные истории из своих путешествий, а иногда даже читал им на ночь. И Яна с ужасом замечала, как сильно дети привязываются к нему. Он был заботливым, внимательным, и казался им идеальным «дядей».
Для Яны же Олег оставался тюремщиком. Она старалась избегать его, проводила время с детьми, закрывалась в своей комнате. Но он всегда находил способ появиться. За ужином, на завтраке, просто зайдя в комнату, чтобы «поинтересоваться, как дела».
Однажды вечером, когда дети уже спали, Олег вошёл в её спальню без стука. Яна сидела у окна, глядя на огромный, идеально ухоженный сад.
«Ты опять избегаешь меня, Яна», — его голос был спокойным, но в нём слышалась усталость. — «Ты здесь, в безопасности. У тебя есть всё. Твои дети счастливы. Почему ты до сих пор смотришь на меня с такой ненавистью?»
Яна подняла на него глаза, посмотрела в упор и, не отводя взгляда, твёрдо произнесла: «Потому что я ненавижу вас. Вы лишили меня всего! Моей жизни, моей свободы, моего выбора! Я здесь пленница! И я никогда не прощу вам этого!»
Олег тяжело вздохнул. «Яна, я даю тебе всё, что ты только могла желать. Я могу дать тебе звёзды с неба, если ты захочешь».
«Мне не нужны ваши звёзды!» — воскликнула Яна. — «Мне нужна моя жизнь! Вы не понимаете! Вы никогда не любили, если думаете, что любовь – это тюрьма! Если бы вы действительно меня любили, вы бы отпустили меня!»
Глаза Олега полыхнули золотом, но на этот раз в них читалась не злость, а глубокая, мучительная боль. «Это не тюрьма, Яна. Это защита. Ты моя Истинная. Я не могу тебя отпустить. И я не отпущу». Он подошёл ближе. — «И ты не понимаешь, как мне больно слышать твои слова. Ты думаешь, мне легко видеть твою ненависть? Ты думаешь, я не страдаю?»
Яна отвернулась. «Вы сами виноваты в своих страданиях».
Олег подошёл к ней, его рука медленно потянулась к её лицу, но она резко отшатнулась. Он отдёрнул руку, словно обжёгся.
«Даже если ты ненавидишь меня, Яна, я буду рядом», — его голос стал тихим, почти нежным, но от этого стало ещё страшнее. — «Я буду ждать. Сколько угодно. Когда-нибудь ты поймёшь. Когда-нибудь ты примешь меня. И тогда… тогда ты узнаешь, что такое настоящая любовь».
Он вышел из комнаты, оставив Яну одну в огромной, роскошной спальне. Она снова подошла к окну, глядя на сад. Он говорил о любви, но она чувствовала только удушающую заботу, которая медленно, но верно лишала её сил. Метка на руке горела, словно подтверждая его слова. Она была здесь. В его золотой клетке. И дракон не собирался её отпускать.