6
Глава 6: Разговор в ресторане
Ужин продолжался, и Яна уже практически освоилась в роли главной героини этого абсурдного спектакля. После её заявления о замужестве и любви к мужу, Олег Игоревич хоть и замолчал на пару минут, но быстро пришёл в себя. Он продолжал быть самим собой – наглым, самоуверенным, но при этом невозможно обаятельным. Омар, к слову, оказался восхитительным.
Когда опустели тарелки, и разговор снова принял непринуждённый оборот, Олег Игоревич вдруг кивнул официанту, который тут же скрылся за дверью. Через минуту в зале ресторана зазвучала та самая песня, которая играла у машины: «Потому что нельзя быть на свете красивой такой…» Музыка была довольно громкой, заполняя всё пространство.
Яна почувствовала, как её щёки снова заливает краска. Это уже переходило все границы!
Олег Игоревич поднялся со своего места, протянул ей руку и с обезоруживающей улыбкой произнёс: «Яна Сергеевна, позвольте пригласить вас на танец. Раз уж музыка так удачно подобрана».
Яна посмотрела на него, затем на Михаила Андреевича, который пытался стать невидимым. Все остальные за столом старались делать вид, что увлечены своими тарелками или телефонами, но боковым зрением явно наблюдали за ними.
«Олег Игоревич, — Яна сложила руки на груди, — с некоторых пор эта песня вызывает у меня аллергию. А если честно, мне она никогда особо не нравилась. Уж слишком… пафосно и старомодно. Наверное, это из вашей молодости, да? Лет… из восьмидесятых, что ли?» Она прекрасно понимала, что ему под сорок, около тридцати восьми, и выглядел он максимум на тридцать пять. Но ей хотелось позлить его, увидеть, как слетит эта его самоуверенная маска. Намёк на «возраст» должен был его задеть.
Олег Игоревич медленно опустил руку. Его улыбка сползла с лица. Его глаза потемнели. Он явно был взбешён. Ему было не 50-55, и этот намёк на возраст задел его сильнее, чем она ожидала.
«Пафосно и старомодно, значит?» — его голос стал низким, почти угрожающим. — «Интересно. Впрочем, вкусы у всех разные, не так ли, Яна Сергеевна? Иногда даже очень странные». Он вернулся на своё место, не сводя с неё взгляда. Музыка продолжала играть.
В этот момент к столу, словно спаситель, подошёл Михаил Андреевич. Его лицо было напряжённым, он старался говорить тихо, наклонившись к Яне.
«Яна Сергеевна, — прошипел он, — я всё понимаю. Я понимаю, что вы можете не ехать в эту командировку. Я даже понимаю ваше возмущение. Но, ради всего святого, не надо оскорблять нашего гостя! От этого человека сейчас очень многое зависит. Он может решить одним звонком перечеркнуть карьеру не только вам, но и…» Он сделал страшные глаза и понизил голос до шёпота. «Наше предприятие пустить по миру! Вы хоть представляете, что такое потерять такой контракт?!»
Яна посмотрела на него. В его глазах был настоящий страх. Она вдруг почувствовала себя очень одинокой. Ей было неприятно, что её используют как разменную монету. Но угроза Михаила Андреевича прозвучала очень серьёзно. Она понимала, что деловая хватка Олега Игоревича была на высоте, и он мог быть беспощадным в бизнесе, если его злить. А она, кажется, только что разозлила его по-настоящему.