«Левый — максимальный импульс, через секунду — правый и уход в скрыт».
Мысль только проскочила, а мой кораблик уже совершил нужный маневр. Должного результата он не принес, истребители по-прежнему висели на хвосте.
«Огонь по наемникам не открывать! Маневрируем и пытаемся уйти».
Минуты три мы убегали, а наемники нас догоняли и вроде все шло по плану, хоть и не по самому удачному для нас сценарию, когда...
«Истребители уничтожены! У нас на хвосте легкий крейсер пиратов. Выпустил ракеты» — поступила мысль юсианки.
«Отстреливай обманки, следом 120 вниз по вертикали».
На нашу хитрость купились три ракеты из четырех и разорвались далеко за нашей спиной, последнюю, четвертую, удалось зацепить огнем из турелей, и я уже хотел вздохнуть с облегчением, но как оказалось слишком поспешил.
«Внимание! Мы под прицелом!» — снова мысль юсианки.
Мы совершили какой-то невероятный пируэт и смогли уйти от лазерного луча, следом еще один маневр — и металлическая болванка Гаусс-орудия тоже прошла мимо. Легкий крейсер по-прежнему висел у нас на хвосте, и наш скрыт никак не мог обмануть его сенсоры, да и от его пушек и лазеров наша броня не защитит — слишком мощные орудия, надежда оставалась только на нашу скорость и маневренность.
«Нахрен скрыт, давай щит на заднюю полусферу» — моя мысль ушла к Мору.
Спустя минуту бешеной погони, пришло осознание того, что просто так нам от крейсера не уйти — он хоть и начал постепенно отставать, но выстрелами своих орудий выгонял нас к небольшому скоплению своих товарищей. Встречаться еще с десятком средних кораблей в мои планы абсолютно не входило, тем более это означало бы стопроцентное наше уничтожение.
В голову пришла рискованная и очень опасная идея, но я все же решился воплотить её в жизнь. Следуя моим командам, корвет сделал резкий кувырок назад, оказавшись носом к преследовавшему нас крейсеру, выпустил торпеду с ядерной боеголовкой и, продолжив вращение, вернулся носом к нужному курсу. Гато, командир моих стрелков, справился со своей задачей великолепно — у него была всего доля секунды, чтобы выпустить торпеду прямой наводкой, в противном случае, крейсер мог бы или уйти от попадания, или сбить торпеду при ее маневрах. Слава Богам, все получилось — наш «гостинец» попал точно в цель, полностью уничтожив вражеский крейсер.
В этот же момент пришла мысль-фраза Синдел:
«Есть отклик от ИскИна вашего крейсера. Коды приняты. Нам разрешена посадка на взлетную палубу».
«Отлично, идем к нему».
Ортэй уже был виден невооруженным взглядом, когда жесткий удар потряс весь корвет, да так, что даже гравикомпенсаторы с его последствиями не справились — судно затряслось, а вся задняя часть, на виртуальной план-схеме корвета, окрасилась в тревожный ярко-красный цвет.
«Минус маршевый» — проскочило в голове.
«Лютен» — обратился я к старшему технику — «Что конкретно с маршевым сказать можешь? До Ортэя дотянем?»
«Не знаю, командор... Я отправил туда сервов — результат скажу через две минуты».
«Принял».
«Зеленый, давай максимум на маневровые, попробуем дотянуть до крейсера на них».
А следом корвет потряс еще один удар, настолько сильный, что ремни безопасности не выдержали и лопнули, а меня, будто из пушки, швырнуло вперед. Последнее, что я помню — это быстро приближающаяся спинка пилотского кресла...
Очнулся я на полу рубки от жуткой тряски и назойливого голоса в голове:
— Кер... Кер... Кер...
— Все, очнулся я. Давай доклад.
— На данный момент мы падаем в атмосфере Ортэя, и если ты в течении двух минут не примешь управление кораблем на себя, то мы провалимся слишком низко и назад уже выбраться не сможем...
Во время доклада Граса я пытался подняться, но ни руки, ни ноги, да в целом и все тело, никак не хотели слушаться моих команд. Ну да и хрен с ним, мне и тут хорошо.
— ...а там давление доделает работу пиратов — уничтожит нас к чертям собачим.
— Понял, давай, я готов.
Миг, и я снова проваливаюсь в «слияние», голова, хоть и была, по-прежнему, «тяжелой», но работать стала значительно лучше. Итак, что мы имеем...
Состояние корвета было откровенно плачевным — 80% виртуальной схемы горело ярко-красным цветом, а на месте кормы и маршевого двигателя все было окрашено даже не в красный, а в черный цвет, что говорило о полном их отсутствии. И это еще нам, можно сказать, повезло: еще бы пара метров — и взрыв задел бы торпеду с антивеществом, а дальше... дальше даже представить страшно... На данный момент единственным, что нас еще удерживало от падения в глубины Ортэя — были маневровые двигатели, которые, хоть и с трудом, но все же удерживали кораблик в верхних слоях атмосферы. Ниже определенного уровня, даже с нормально работающими двигателями спускаться смертельно опасно — давление и сила притяжения нарастают с каждым пройденным метром.
Перед «внутренним взглядом» появилось направление, в котором находился так нужный нам сейчас корабль, и я, по возможности выровняв корвет, направил его по «прорисованному» маршруту.
«Грас, что с экипажем? Раненые? Погибшие?»
«Есть и раненые, и даже пара погибших. Из относительно работоспособных — только ты»
«Раненые до капсул дотянут?»
«Да, нейросети стабилизировали состояние плюс автоматические аптечки, часов 30 у них есть»
«Погибшие кто?»
«Два техника, их каюты ближе всего находились к уничтоженной корме...»
«Создай папку «Погибшие», разбогатеем — «выкупим»...»
«Принял»
Точно выдерживать курс в творившейся вокруг вакханалии было очень и очень сложно, и это здесь, чуть ли не на границе с открытым космосом, что творилось ниже мне даже представить страшно. А тут еще как назло, маневровые начали сбоить — то один, то другой начинали «кашлять», что еще больше осложняло удержание корвета на курсе.
Сколько я боролся со всеми этими напастями — известно одним Богам, когда очнулся в рубке, на время глянуть и не догадался...
С чудом уцелевших наружных камер, на мой «виртуальный» монитор, пришло изображение абсолютно круглого черного пятна, картинка была смазанная, дерганная, но границы этого непонятного явления были видны довольно отчетливо. Виртуальный маршрут вел меня прямо в него, но меня охватили сомнения: «А точно ли крейсер там, внутри?», «А вдруг это какое-то «природное» явление?», «А может нужно его обойти?»...
Не знаю сколько бы я мучился над возникшей дилеммой, но резко переставший работать правый двигатель решил все за меня, не оставив мне ни малейшего выбора — мы банально начали падать... падать в это пятно. Стоило корвету пройти границу этой аномалии, как ветер, будто по мановению волшебной палочки, прекратился, что, в принципе, никак не облегчало мою задачу — мы продолжали терять высоту, а я мог лишь немного корректировать траекторию падения левым, оставшимся рабочим, маневровым двигателем. Но и его хватило ненадолго, напоследок особенно сильно «чихнув» — заглох и он, а мы все больше ускоряясь начали падать прямиком на, оказавшийся прямо под нами, крейсер.
«П...ец!» — проскочила в голове отчаянная мысль, а я сжался в ожидании удара, которого, впрочем, не произошло. За пару секунд до столкновения, нас подхватил транспортный энергетический луч, который «заставил» корвет «зависнуть» прямо над вторым моим кораблем. В это же время, «крыша» крейсера раскрылась, и на ее месте возникло какое-то силовое поле, через которое нас благополучно «втянуло» и мягко опустило на летную палубу.
Стоило нам оказаться внутри крейсера, как в моей голове раздался неживой металлический голос:
«Добро пожаловать на борт, Хозяин. Состояние судна — 93%. Все системы работают в штатном режиме. Докладывал ИскИн Beta320».
«Принял. Медицинские капсулы на корабле есть?»
«Так точно. 75 единиц — второго уровня, 30 единиц — третьего и 3 капсулы — высшего».
«Отлично. Присылай сервов, пусть разносят раненых по капсулам».