– Мистер Ванс уже все объяснил тебе, Рудольф, – холодно ответил Лиленд. – Конечно, поранил его не дракон, но такие следы на теле действительно есть.
Похоже, что Лиленд Штамма успокоил, ибо он весело рассмеялся и, заявив: «Мне надо немного выпить», улетучился в библиотеку.
Реакция Штамма оставила Ванса совершенно равнодушным.
– Простите, доктор, – спросил он у Холлидея, – нельзя ли будет снова повидаться с миссис Штамм?
Поколебавшись, тот наконец кивнул.
– Думаю, можно. Ваш последний визит произвел на нее положительное действие. Но предупреждаю: долго оставаться там нельзя.
Все мы, за исключением Холлидея и Лиленда, поднялись наверх.
Миссис Штамм в той же позе сидела в том же кресле. Ни малейшего удивления при нашем появлении она не выразила. Только молча и внимательно на нас посмотрела.
– Мы пришли, чтобы узнать у вас, миссис Штамм, – без всяких околичностей начал Ванс, – не припомните ли вы шума автомобиля вчера около десяти вечера на Ист-роуд?
Она неопределенно покачала головой.
– Нет, я вообще ничего не слышала. Даже того, как гости моего сына пошли купаться. После еды я дремала в кресле.
Винс выглянул из окна.
– К несчастью, отсюда замечательно просматриваются и бассейн, и Ист-роуд, – сказал он.
Старуха промолчала, но на лице ее промелькнуло нечто вроде слабой улыбки. Отойдя от окна, Ванс остановился прямо перед ней.
– Миссис Штамм, – многозначительно произнес он, – у нас есть все основания полагать, что теперь те самые места, где дракон прячет тела своих жертв, открыты.
– Ну, коли у вас есть такие основания, – сказала она с изумительной холодностью, – то на этот раз вам известно гораздо больше.
– Это правда. – Ванс кивнул. – Вы случайно не на ледниковые выбоины намекали?
Она загадочно улыбнулась.
– Но если вы говорите, что уже все нашли, зачем тогда меня спрашивать?
– Затем, – спокойно ответил Ванс, – что эти выбоины были открыты совсем недавно и, насколько мне известно, случайно.
– А я с детства о них знаю, – заупрямилась она. – Для меня вообще нет ничего неизвестного во всей округе. Мне такие вещи доступны, о которых вы никогда и не услышите. – Она улыбнулась, блестя глазами. – Выходит, тело этого человека вы обнаружили?
– Да.
– А разве дракон не оставил на нем следов? – Лицо ее сияло от удовольствия.
– Почему же? Раны на теле есть, – ответил Ванс. – А нашли мы его в выбоине на скале возле Клоува.
Дыхание ее участилось.
– Все, как я и предсказывала, не так ли? – воскликнула она напряженным голосом. – Он был врагом нашей семьи, и дракон убил его, убил и спрятал.
– Как раз спрятать-то его не очень старались, – заметил Ванс, – тело-то мы отыскали.
– Только потому, – быстро возразила старуха, – что дракон хотел этого.
Несмотря на такие слова, видно было, что она забеспокоилась. Ванс неопределенно махнул рукой – то ли верил ей, то ли порицал – и спокойно продолжил:
– А почему же, миссис Штамм, дракона не оказалось в бассейне, когда оттуда спустили воду?
– Он улетел ранним утром, – сказала она. – Я его лично видела. Убивая наших врагов, он всегда покидает пруд, ибо знает, что вслед за этим бассейн обязательно осушат.
– Но сейчас он уже там?
Она отрицательно покачала головой.
– Он вернется только в сумерках, когда на землю лягут глубокие тени.
– Полагаете, это случится сегодня?
Она опустила голову, потом снова ее подняла и наконец ответила с горячей убежденностью:
– Да, он прилетит этой ночью. У него еще есть работа. (Она казалась древней жрицей. От ее пророчеств у меня дрожь по спине пробежала.)
Несколько секунд Ванс молча изучал ее, потом произнес:
И когда же он собирается выполнить свои планы?
Очень скоро, жестоко улыбнулась она и многозначительно добавила: – Возможно, еще до завтра.
– В самом деле? Как интересно! – Ванс глядел на нее не отрываясь. – Да, кстати! Этот дракон, если не ошибаюсь, чем-то связан с семейным склепом?
– Он охраняет мертвых так же, как и живых, изрекла старуха.
– Ваш сын говорил, что только вы знаете, где хранится ключ от усыпальницы.
Она хитро улыбнулась.
– Я его спрятала. Никто не сможет теперь осквернить наши трупы.
– Но по-моему, вы хотите, чтобы вас тоже там погребли. Как же исполнится это желание, если никто не сможет найти ключа?
– О, Это я продумала. После моей смерти он появится. Но не раньше.
Больше Ванс не задавал вопросов, но взгляд его по-прежнему был прикован к женщине. Я никак не мог понять такого к ней внимания. Вроде бы разговаривать больше было не о чем, да и предыдущая беседа показалась мне излишне патетичной и бесполезной. Поэтому когда мы вернулись в гостиную, я вздохнул с облегчением. Похоже, Маркхем чувствовал то же самое, ибо первыми его словами были: