– Надеюсь, шеф, вы не будете сердиться на нас за то, что в ваше отсутствие мы уже кое-что здесь осмотрели? Я сам не люблю людей, сующих нос в чужие дела, – Нейби немножко оттаял.
– Мне просто повезло, что тут как раз оказались вы, инспектор, – ответил он, и Эллери облегченно вздохнул.
Им понадобилось почти три четверти часа, чтобы обрисовать начальнику полиции семейные обстоятельства Джонни Бенедикта, которые, похоже, и привели его к смерти. Нейби тем временем осматривал убитого и комнату.
– Я же распорядился вытащить моих людей из постели, – наконец сказал он. – Куда, черт возьми, они запропастились? Эллери, если тебе не трудно, собери всех пятерых внизу, а я пока попрошу приехать сюда врача. У нас в полиции еще нет такого аппарата, к которому привыкли вы, инспектор, – добавил Нейби извиняющимся тоном и исчез в холле.
– Кажется, он собирается устроить ради меня настоящий спектакль, – бросил инспектор.
Эллери ухмыльнулся.
– Никогда бы не подумал, что Анс может вести себя так деликатно.
Все пятеро гостей спустились вниз с каким-то странным смешанным чувством раздражения и одновременно облегчения. Кроме того, что Бенедикт скончался, никто из них ничего не знал. А поскольку каждый находился в своей комнате, то никакой возможности обменяться мнениями или выдвинуть друг против друга обвинения у них не было. Но самое главное – они не могли договориться о даче одинаковых показаний. Естественно, что нервы у всех были напряжены до предела. Любопытно, однако, что бывшие жены держались теперь вместе, в отличие от вчерашнего вечера, когда каждая преследовала лишь свои цели.
Мисс Смит выглядела крайне изможденной. Взбунтовавшийся желудок совсем доконал ее. А когда она умоляющим тоном попросила дать ей рюмку бренди, даже Марш удивился настолько, что немедленно вышел из задумчивости. Таким же плаксивым голосом, обращаясь, главным образом, к своему шефу, словно именно он был повинен в ее ужасном положении, она пролепетала по крайней мере четыре раза:
– Я еще никогда в жизни не была замешана в дело об убийстве.
Из ее слов получалось, что Марш втянул ее в такую историю, которая происходила в их кругах чуть ли не ежедневно.
Марсия Кемп, наконец, не выдержала. Она откинула назад свои золотистые волосы и хмуро проговорила:
– Да заткнитесь же вы, ради бога!
Мисс Смит вздрогнула как от пощечины, стиснула в руке стакан с бренди и замолчала.
– А теперь, друзья мои, послушайте, что я вам скажу, – произнес Нейби, после того как установил личности присутствующих. – Сейчас мне известно чертовски мало, но я гарантирую, что скоро буду знать гораздо больше. Пока я понятия не имею, кто убил мистера Бенедикта. Поэтому сразу перехожу к первому пункту нашего разговора: может ли кто-нибудь из вас сообщить мне какие-то факты, которые облегчили бы нашу работу?
Похоже, никто из собравшихся не был готов к такому вопросу. И только Марш через некоторое время сказал бесцветным, как и весь его облик, голосом:
– Надеюсь, шеф, вы не думаете, что убийца находится среди нас?
– Ну, хорошо, не будем ходить вокруг да около. Не слышал ли кто-нибудь громкого разговора, шума, драки или шагов, после того как лег спать?
Все ответили отрицательно. Они-де спали глубоким сном, напившись «Бурбона» и водки. Только мисс Смит не пила. А сейчас бренди лишь заменяет ей лекарство.
Бывшие миссис Бенедикт посчитали сон отличной отговоркой. Но потом решили сказать правду и объявили, что заснуть поначалу долго не могли.
– Я поворочалась с боку на бок, – призналась Одри Уэстон, – и подумала, что неплохо было бы почитать. Понимаете… (Эллери приготовился услышать слово «дорогуша», но блондинка, видимо, сообразила, что Нейби может воспринять его неправильно.) В общем, я спустилась вниз и нашла себе книгу.
– Где именно, мисс Уэстон? – поинтересовался Нейби.
– В этой самой комнате, на полке.
– Здесь был еще кто-то?
– Нет.
– Сколько времени вы тут оставались?
– Отыскала, что хотела, и все.
– Ага, и снова поднялись наверх?
– Да.
– И долго вы потом читали, мисс Уэстон?
– Не смогла я читать: буквы перед глазами плыли.
– А какая книга была? – спросил Эллери.
– Я не помню названия, – высокомерно ответила блондинка. – Что-то самое новое этого… этого Рота.
– Филиппа Рота?
– Да, вроде бы.
– Наверное, «Соглашение Нортноя»?
Мисс Уэстон еще больше напыжилась.
– Я же сказала, что не помню названия!
– Мисс Уэстон, если бы вы принялись за «Соглашение Нортноя», глаза бы у вас не слипались. Судя по всему, вы действительно какое-то время читали, не так ли?