В ответ рявкнул комиссар Хомберт:
– Для того, чтобы услышать, когда и где он видел сегодня Нейоми Кари и о чем с ней разговаривал?
– Так он ее не видел.
– Кроме того, нам нужно уточнить условия соглашения, которого он достиг с мисс Кари по поручению своих клиентов. Мы хотим посмотреть на документ.
– Его, к сожалению, не существует. Он не составлен.
– Вот это история! – глупо захохотал Крамер. – Если такой бумаги нет, то теперь состояние Хауторна навсегда останется убитой. Клиентам Вульфа не повезло.
– Зато, – подхватил я насмешливо, – сильно повезло ее наследникам. Вы об этом-то подумали?
Хормерт что-то пробурчал.
Крамер вздрогнул.
Скиннер потребовал:
– А кто они такие? Как их имена?
– Не имею ни малейшего представления.
– Вы очень самонадеянны, Гудвин!
– Возможно, сэр. И все же я выражаю категорический протест против того, что меня загнали сюда вместе с остальным стадом и держат вот уже четыре часа. Вы вообще не имеете на это права. И я знаю, в чем дело. – Я кивнул в сторону лежащих на столе бумаг. – Хотите швырнуть в меня моими же выдумками? Валяйте, пробуйте!
Но они потратили еще целый час, поминутно оглядываясь на закрытые двери, прежде чем приступить к этой процедуре.
Где и когда я впервые увидел Нейоми Кари?
Тот же вопрос относительно Вульфа.
О чем мы разговаривали и что происходило, когда накануне я приезжал к ней домой, чтобы отвезти к Вульфу.
Описать предыдущий визит к Хауторнам со всеми подробностями.
Что сказала Мэй?
Что сказала Эйприл?
Что сказала Джун?
Не угрожал ли кто-нибудь кому-нибудь?
Передать разговор с Нейоми после того, как остальные ушли.
Вообще-то я старался быть предельно точным, но, по моему мнению, некоторые подробности для записной книжки детектива были совершенно излишними, например, такие, что Нейоми назвала Стоффера «Осей», или нападение Дейзи Хауторн на наших клиентов и прочие. Не упомянул я и про дэйвис-даусоновский эпизод в то утро. Просто заявил, что около половины десятого Вульфу позвонил мистер Данн с приглашением на Шестьдесят седьмую улицу, а я присоединился к нему через час.
Затем я вытащил из кармана листок бумаги и протянул его Скиннеру.
– Полагаю, расписание вам поможет. Я напечатал таковое на пишущей машинке в библиотеке, пока ждал вашего приглашения.
Хомберт и Крамер поднялись, дабы тоже посмотреть на него: оба заглядывали окружному прокурору через голову.
Пока они переваривали содержание, я принялся изучать оставленную для личного пользования копию.
10.45. Присоединился к Вульфу, Данну и его жене в библиотеке.
11.10 Дворецкий объявил, что к мистеру Данну прибыли Скиннер, Крамер и Хомберт.
11.30. Позвонили Даркин, Пензер и Кейн. Принта Сейра Данн.
12.10. Появились Эйприл, Селия и Стоффер.
12.30. Все разошлись. Приехали Пензер с Кейном, получили инструкции и исчезли.
13.30. Ленч.
14.15. Примчался Крамер.
14.35. Умчался. Пришла Дейзи Хауторн.
14.40. Появился Даркин.
14.42. Я выбрался на улицу, пообщался с Орри, вновь вернулся в дом и увидел в приемной Нейоми Кари.
14.50. Я спустился вниз, очень коротко поговорил с Нейоми Кари и вернулся в библиотеку.
16.55. Телефонный звонок от Пензера.
17.00. Дейзи Хауторн ушла.
17.05. Я направился в приемную. Нейоми Кари там не было. Был Юджин Дэйвис, отвел его в библиотеку.
17.40. Заглянул Прескотт.
17.45. Дэйвис и Прескотт нас покинули.
17.55. Пришел дворецкий. Данн просил Ниро Вульфа в приемную. Мы отправились вместе.
18.05. Бройзен, Стоффер, Ритчел и Прескотт поднялись наверх, оставив в приемной Данна, Вульфа и меня.
18.11. Найдено тело.
Список выглядел внушительно. А те несколько пунктов, которые я в него не включил (первый акт комедии «Дейзи и драпировки», просьба Сейры поговорить с Вульфом, двойник Дейзи и его исчезновение, Стоффер за портьерами), из других источников, по-моему, нельзя было установить.
– Очень вам благодарны, – сказал Скиннер. – Исключительно ценная вещь.
Ага, он уже подлизывался!
– А теперь расскажите, о чем вы беседовали с мистером и миссис Данн?
Итак, они приступили ко второй части программы. У меня было достаточно времени, чтобы упорядочить свои мысли, поэтому все шло почти без заминок.
Выпустив признание Сейры и историю Дейзи о васильке, я выложил им целую кучу сведений, досконально описывающих дневную деятельность Вульфа. Естественно, без маленьких стычек не обошлось. Самое серьезное недоразумение возникло, когда Скиннер попросил показать мои стенографические записи. Я ответил, что они принадлежат Вульфу и распоряжаться ими может только он. Они поспорили немного по этому поводу, но безуспешно: мне было ровным счетом наплевать на недовольство Хомберта. Кстати, стенограммы лежали у меня в кармане.