Морда у него была самая что ни на есть наглая, глаза хитрющие. Светлая, почти что белая шкура поблескивала на солнце перламутром. Во лбу возвышались два мощных рога. На лапах отточенным булатом сияли громадные когти. На спине покоились сложенные крылья.
Дракон обернулся ко мне лицом. «Хм, – я себя тут же поправила, – не лицом, а мордой». Открыл пасть и глумливо спросил:
– Ну, принцесса, и как я тебе нравлюсь?
Я наконец-то шумно выдохнула и выпалила всё, что думала по поводу этого бесстыдства:
– Нравишься? Ну, знаешь! Совести у тебя нет.
– Зачем она мне? – искренне удивился Арвид.
– Мог бы предупредить. – Негодование было во мне перемешано с совершенно непонятными чувствами. – Мог бы сказать, чтобы я отвернулась.
Этот нахал лишь ухмылялся. На драконьей морде ухмылка выглядела в два раза наглее, чем до этого на человечьей.
Я же никак не могла успокоиться.
– Взял и разделся догола! При мне! А я…
Он меня перебил:
– Что ты? Неужели всерьез считала, что драконы должны ходить в штанах?
Сказано это было так, что я невольно стушевалась и пошла на попятную.
– Почему в штанах? Я просто думала, что всё происходит иначе.
– Как иначе? – Арвид откровенно потешался надо мной.
Как, как… Не знаю! И я решила прекратить этот бесполезный спор.
– Никак.
– Раз никак… – Он подогнул лапы, опустился передо мной белым брюхом на мостовую. – Тогда прекращай болтать и залезай на шею. Нам еще лететь. Ты не забыла?
– Уже?
Я осмотрела его с опаской. Лететь? Вот прямо сейчас? И вдруг поняла, что забыла попросить о главном.
– У меня к тебе просьба.
– Какая? – В глазах дракона загорелось любопытство.
– Ты высади меня, пожалуйста, заранее. Хотя бы за пару миль до акведука. Я не хочу, чтобы тебя увидели. Вдруг меня там ждет кто-то из монастырских служек? Вдруг им велели удостовериться лично, как будет выполняться задание?
Мне показалось, что я всё очень логично объяснила. Но Арвид лишь захихикал. Никогда не слышали, как хихикает ящер? Вам повезло. У меня едва не заложило уши. Больше всего это было похоже на камнепад.
Я даже притопнула от возмущения и потребовала:
– Обещай! Ты же знаешь, как это для меня важно!
– Обещаю, – пророкотал он.
Потом просто подгреб меня хвостом поперек талии и перекинул себе через шею, как тряпичную куклу. И тут же расправил крылья. Стало понятно, что он собрался взлететь прямо сейчас, не дожидаясь, когда я как следует усядусь.
И точно!
– Держись! – раздался возглас.
Какой там держись! Я вообще еще не сижу!
– Погоди! – пискнула я, стараясь развернуться и перекинуть ногу через шею этого нахала.
Этого поганца. Этого…
На пару минут мне стало не до новых эпитетов. Ноги предательски запутались в юбке, и я едва не сверзилась вниз.
А эта чешуйчатая туша начала разгон. Мамочки! Куда он бежит? Места на поляне совсем мало. Перед нами стремительно вырастала громадина древнего здания. Врежемся! Точно врежемся. Опять себе голову разобьет. Вот точно разобьет, дурак такой! А мне его лечить? Ну уж нет! Мама!
Я успела усесться до взлета. Припала животом к горячей шее, улеглась щекой на шершавую чешую, обхватила руками своего «коня» и крепко зажмурилась.
Губы беспрестанно шептали: «Прибью гада. Всё поотрываю, как только сядем. И крылья оторву в первую очередь! Чтобы больше никогда в эту дурную драконью голову не приходила мысль летать».
Арвид вновь довольно хохотнул. Тряска и качка прекратились. Я поняла, что мы летим. Летим! И приоткрыла один глаз.
Я не знаю, как Арвид это сделал, но надо мной образовался плотный, совершенно прозрачный пузырь. Он окружал меня со всех сторон, оставляя снаружи только ноги ниже колена. Из-за этого я оказалась словно приклеена к драконьей спине. Магическая защита не позволяла ни сдвинуться, ни упасть, ни соскользнуть. А еще она начисто истребляла страх полета и высоты.