«Пр-р-рисела отдохнуть. А я решил пр-р-роверить, как тут дела».
«Срочно возвращайся и не оставляй ее одну».
«Подожди…»
Картинка значительно приблизилась, и я понял, что мой побратим спустился ниже, уселся над самыми головами парней. Стал слышен их разговор.
Говорил белобрысый Виктор, склонившись над самой дырой:
– Смотри, Парс, пусть будут две штуки. Один для зазнайки-принцессы, другой для дурака Крезо.
Второй парень довольно хохотнул:
– Это ты здорово придумал, Вик.
Белобрысый распрямился и покровительственно похлопал его по плечу.
– То-то же, всегда держись меня – и не останешься в накладе. А пока пойдем, поищем укрытие понадежнее.
О чем они? Чего две штуки?
«Уголек! – молча закричал я. – Что он там сотворил?»
«Не знаю. – Ворон спустился на землю, уселся на край разлома, заглянул внутрь. – Не видно ничего. Темно».
И тут же добавил:
«Вниз я не смогу. Узко».
Я представил размах его крыльев и понял, что пернатый шельмец не лукавит.
– Хорошо, – вздохнул я, – лети к Рише. С сюрпризами Вика я сам разберусь.
***
Кто бы знал, как сильно я ошибался! С сюрпризами Виктора Сорея разбираться пришлось не мне.
Когда погасло видение, а Уголек полетел обратно к Рише, я бросился догонять хитрюгу Фила. Парень оказался на диво резвым. Мне пришлось изрядно попотеть, пока впереди не показалась его фигура.
Он бежал, методично переставляя ноги. Я даже слышал его дыхание: два шага – вдох, два шага – выдох. Ровнехонько, как учили. Умный мальчик, послушный мальчик. Я усмехнулся: не то что Риша.
Судя по рассказу, моя принцесса отличалась норовом всегда. На всё имела собственное суждение и не спешила соглашаться с прописными истинами. Что ж, избраннице дракона совсем не возбраняется иметь своенравный характер. Он только добавляет отношениям жара.
Мне захотелось увидеть ее прямо сейчас. Желание было таким горячим и нестерпимым, что погасить его пришлось магией. А я пробурчал себе под нос:
– Что-то ты совсем расклеился, Арвид. Увидел красивую девицу и размяк, растаял сердцем.
И тут же здраво решил, что сердцу не прикажешь. Ему всегда виднее.
Фил поднажал, его фигура стала удаляться. Мне тоже пришлось наддать. Так мы пробежали еще полмили. По моим прикидкам развалины акведука были совсем рядом. И я порадовался, что вся эта беготня сейчас подойдет к концу. Но нет.
Парень резко остановился, напрягся, будто бы прислушался, и скользнул вбок, к ближайшим камням. Я сделал шаг следом за ним, на всякий случай усиливая щит. И не зря.
Филип вдруг развернулся и крадучись пошел мне навстречу. Я едва не шарахнулся назад, сдержался с большим трудом. Зато наконец-то разглядел его лицо. Что сказать? Парень был красив утонченной хищной красотой. Даже я был вынужден это признать.
Такая красота совсем не свойственна обычным людям, а вот драконам… Нет! Этого не может быть! Чтобы разрушить сомнения, я прошептал заклятие, глянул снова и хмыкнул, на этот раз – довольно. Человек остался человеком. Что в магическом зрении, что без. Не появилась вокруг худощавой фигуры драконья аура. Не засветились за спиной контуры призрачных крыльев. Не было в сердце огня. Обычный человечишка, внешность которого – странный каприз природы.
Филипп вернулся еще на пяток шагов и резко шмыгнул вбок, за угол дома. Меня он не видел. Зато явно чувствовал что-то впереди. Шел крадучись, согнувшись почти до земли. С моего места было видно, что пальцы его прижаты к груди. И я вдруг понял, что парень зажал в ладони медальон и творит какое-то заклинание.
– Куда ты идешь, хитрый мальчик? – этот вопрос сорвался с губ и тут же погас под магией щита. – Куда тебя дьявол несет?
И тут меня осенило. Я вспомнил, как двое других ребят решили найти укрытие, чтобы заманить Фила с Ришей в ловушку. Только у Вика с Парсом не было моей магии, и опыта моего тоже не было. Два глупых желторотика хотели всех перехитрить, но сами угодили в западню. Умница Филипп их раскусил.
– Что за козырь у тебя в рукаве, Филипп Крезо? Каким заклятьем ты владеешь? Как чувствуешь людей? – Здесь я скривился и вынужденно добавил: – Как можешь слышать дракона?