Противники в один момент поменялись ролями. Иллюзия растаяла без следа. Щит Вика беззвучно испарился.
Начался второй акт этой безумной и бессмысленной сцены. И я был уверен, что он мне не понравится.
***
Виктор Сорей шел первым. На лице его играла высокомерная ухмылка. Парень весь буквально лучился самодовольством. Парс безмолвной тенью следовал за ним.
Остановился Вик буквально в паре шагов от зачарованного «друга».
– Фил, какими судьбами! – Он весело расхохотался над собственной шуткой.
Парс, словно эхо, поддержал смешок. А Вик продолжал куражиться:
– Вот уж не думал тебя здесь застать!
И тут меня удивил Филипп. Он не выдал своих настоящих чувств, как ни в чем не бывало улыбнулся в ответ:
– Не поверишь, всё вышло случайно!
– Ну да, ну да…
Виктор обошел вокруг живой скульптуры.
– Случайно, я так и подумал.
И тут он резко дернул Филиппа за мочку уха. Тот не издал ни звука, лишь закусил губу. А Виктора словно подменили.
– Думаешь, я идиот? – прошипел он. – Думаешь, я забыл про твою способность слышать сердца!
Я даже прихлопнул ладонями по коленям. Вот в чем дело! Парень где-то умудрился раздобыть древнее драконье заклятье. Однако…
Я восхищенно покачал головой. Мальчишки всё сильнее изумляли меня.
Между тем к беседе на поляне присоединился Парс. Он ткнул Филиппа пальцем в грудь и выпалил обиженно:
– Ты всегда смеялся надо мной. Считал меня никчемным. А мою способность творить иллюзии – бесполезной. Считай, что я тебе отомстил. Теперь моя очередь смеяться. – И он картинно изобразил: – Ха-ха-ха!
Это выглядело так глупо, так по-мальчишески, что проняло даже Фила. Тот сдавленно хрюкнул и рассмеялся всерьез.
Парс тут же сжал кулаки и попытался ринуться на недвижимого обидчика, но Вик его остановил.
– Постой, еще успеешь. Дай я все ему объясню.
– Как знаешь, Вик.
Мне показалось, что Парс слегка обиделся, но спорить не рискнул.
– А я не хочу смотреть на эту мерзкую морду! Он мне еще там, – парень неопределенно махнул рукой, – осточертел!
И Парс показательно отвернулся. Казалось, Виктор не обратил на последние слова никакого внимания, он обращался исключительно к Филиппу:
– Ты не хочешь спросить, как мы здесь оказались?
– Хочу, – ответил тот серьезно.
Вик расплылся в довольной улыбке.
– Видишь ли, в чем дело, – важно сказал он, – та лекция, что читал нам вчера утром этот напыщенный болван Кольбейн, полная ерунда. Ложь от первого и до последнего слова. Нет никаких четырех артефактов. Нет разных заданий.
Я вдруг увидел, что ладонь его скользнула к поясу и легла на рукоять кинжала.
– И четырех мест в академии тоже нет.
Он быстро и бесшумно извлек из ножен клинок. Я замер, думая, что парень сейчас ударит Филиппа. Но нет. Парс дернулся и подал голос:
– Вик, но ты же обещал, что мне тоже…
Клинок вошел ему точнехонько под лопатку. В сердце. Первый желторотик вздрогнул и завалился лицом вниз.
– Минус один. – Виктор поднял палец, после нагнулся, выдернул кинжал из раны и вытер замаранное лезвие о куртку приятеля. – Мой славный Парс, мало ли что я обещал, так глупо верить чужим обещаниям.
Тут я был с ним согласен. Несомненно, глупо. Особенно если это обещания такой сволочи, как Вик Сорей.
А тот вновь обернулся к Филу.
– К счастью, Венда мне всё давно объяснила. Это только вас, как полных придурков, послали сюда на убой. А у меня было время подготовиться.
Он мило улыбался и подкидывал нож в такт словам. Клинок делал в воздухе полный оборот, раз за разом ложась в раскрытую ладонь. Я сидел, почти не дыша, и ждал, когда сталь войдет во вторую жертву.
Я все понимал и ничего не мог исправить. Мне нельзя было показываться на глаза этим мальчишкам. Тогда бы пришлось убить их. Орден и дракон – явления несовместимые. А марать руки в крови желторотиков я не собирался. Тем более на мне была еще Риша. Ее жизнь, ее безопасность, ее будущее. Как это ни страшно звучит, но эти разборки играли мне на руку.