Омега, размышлявший о чём-то своём, вернул в пространство потерянный взгляд.
— Спрашивай, конечно. Постараюсь помочь.
— Да мне не помощь нужна, — замялся Гинтами, чувствуя себя не в своей тарелке, вести задушевные беседы он не умел, но и любопытству сегодня с треском проигрывал. — Я хотел кое-что спросить про вечер.
Алияс ожидающе смотрел на него.
— О танцах, — тут же добавил Гинтами и, пока храбрость ему не изменила, продолжил: — Ты отшил своего друга, чтобы позлить, да? Я всегда так делаю, когда мой меня выводит. А то думает, ему всё можно. Думает, я не замечаю, как он на других поглядывает, а ещё в любви мне клянётся. Придурок!
От своей короткой, но пламенной речи Гинтами вдруг расстроился и на глаза его навернулись слёзы. — Ой, прости, — потянул он носом.
И не сразу сообразил, что происходит, когда тёплая ладонь опустилась ему на макушку.
— Я не сомневаюсь, что твой альфа тебе верен.
Гинтами поднял полные слёз глаза.
— Откуда тебе… вам знать?
— Можно на ты, — улыбнулся Алияс и добавил: — У меня есть некоторый жизненный опыт.
— Значит, наказывал своего. Я был прав, — удовлетворённо кивнул омега, чувствуя себя получше.
— Шайс мне не принадлежит.
***
Гинтами занимался тем, что пытался привести себя в порядок с помощью маленького зеркальца, припрятанного в кармане.
— Вот уж ни за что не поверю, — говорил он, тщательно вытирая слёзы, чтобы Диерт ничего не заметил. — Он глаз с тебя не спускал. И тебе я тоже не верю, — решительно добавил омега и снова посмотрел на Алияса. — Вы пришли вдвоём. Это должно что-то значить. Вот у альфы твоего на лбу всё написано. А ты, наверное, дуешься на него за что-то и не подпускаешь к себе. Я знаю этот приёмчик. Только ты это, — вдруг очень серьёзно произнёс омега, — с собой никого не зови, даже если очень злиться будешь.
— Почему же?
Гинтами нахмурился.
— Гадко это, если не любишь. Альфы, они, конечно, те ещё сволочи, но и мы ведь не подарок, верно? — Омега явно ожидал согласия, Алияс улыбнулся, оставляя свои мысли при себе. — И ведь если изменишь, он может не простить.
Гинтами делился своими самыми тайными страхами.
Однажды он был так зол на Диерта, что позвал рядового из отряда альфы. Да только тот умнее него оказался и отправил спать. Гинтами тогда рвал и метал, а позже понял, как же ему повезло в тот вечер. Вдруг Диерт не принял бы его обратно, ведь хватило же у него сил ждать три года… Может, и отказаться бы от него смог.
Гинтами знал, что умер бы тогда.
— Если любит, всё простит, — подмигнул Алияс, оставляя Гинтами в растерянности: говорил он серьёзно или просто шутил, не считая нужным делиться с младшим незнакомым омегой, последний так и не понял. — А если не любит, не простит, — улыбка оплыла печальным цветом.
В этот момент в железную дверь постучали.
— Звали? — в комнату вошёл альфа.
— Ой, — подпрыгнул Гинтами. — Я это… — растерялся он на мгновенье. — Приду сейчас, — и омега вылетел вон, оставляя Алияса наедине с молодым альфой, который отказал Эркину.
***
Тем же вечером, обнимаясь с Диертом в арсенальной перед отбоем, Гинтами неожиданно вспомнил об этом.
— Забыл ему сказать, про Эркина.
— Ничего. Потом, — бросил Диерт, не желая прерывать поцелуи ни на секунду.
— Диерт, держи себя в руках. Мне и так кажется, что ко мне принюхиваются, когда я возвращаюсь.
Неприятная новость в миг остудила голову Диерта. Меньше всего сержант хотел подставлять омегу. После каждой такой нелегальной встречи Диерт драил себя в душевой, как одержимый. Гинтами занимался тем же на омежьей половине.
— Прости, — пытался отдышаться сержант, но как же тяжело это было, когда всё вокруг пропахло омежкой.
Нужно было переключиться.
— Ты с ним говорил? — спросил альфа, зная, что Гинтами живёт в одном отсеке с новеньким.
— Да, — с воодушевлением подхватил тот. — Он такой классный. Офигительный. Но вот что у них там, я не понял. Вроде он совсем не нервничал, когда я перевёл разговор, но и не отрицал ничего. Только сказал, что Шайс не его… не принадлежит ему, — поправился Гинтами в последний момент, желая подражать объекту восхищения.
— Значит, точно ничего.
— Ничего не точно, — фыркнул омега. — Это может означать что угодно.
— Ладно, не злись.
— Я и не злюсь. — Омега положил руки на мощную грудь. — А скажи, по-твоему, Алияс красивый?
— Нет.
— Что за глупости? Конечно, он красивый, — возмутился Гинтами.
— Как скажешь. Я тебе верю.
— Ну что, совсем ни капельки тебе не нравится?
— Кто? — строил из себя имбицила Диерт.
— Алияс, — делая вид что недоволен, повторил омега.
— С чего он мне станет нравиться? На вид холодный и высокомерный тип. Омеге такое не к лицу.
Гинтами довольно улыбнулся. Он был совершенно не согласен, но искренне радовался, что Диерт думал именно так. За это он решил побаловать своего бойца, хватаясь за ремень.
Диерт сглотнул. Он ни на что не рассчитывал, сочиняя напропалую. Единственное, чего он добивался своими баснями, это избежать новых обвинений в неверности.
— Ох, малыш… — задохнулся он, когда почувствовал себя во влажном плену маленького рта…
========== Точка ==========
Комментарий к Точка
Зацените проект на тему Дракон. Тихий Омут. Очень круто.
https://vk.com/public118934043?w=wall-118934043_140
https://vk.com/doc152461429_440127822?hash=4349261441f35b1778&dl=ba2a2f2ac4bce836b0
— Привет, — откликнулся Алияс, когда Гинтами скрылся за дверью.
— Привет. Вам нужна помощь?
— Насколько я понял, да. Вот эти мешки нужно перенести в другой блок. Пока ты будешь носить, я проверю сроки годности.
Кивнув, Шайс принялся за работу.
Диерт сдержал своё слово, пообещав, что постарается устроить им встречу. Участь пребывания в карцере тоже миновала, но сержант обнадежил, что припомнит должок, если Шайс даст повод.
И Шайс был благодарен за это. Он не боялся оказаться в заточении, но некоторые мысли, помимо воли, лезли в голову — может, для него ещё действительно не всё потеряно?
Поверить в то, что Алияс не выбрал себе партнёра и причиной тому был он сам, было сложно. Всё наверняка объяснялось гораздо проще — эта жизнь не принадлежала эльфу, о чём, конечно же, не догадывался сержант, отсюда и отсутствие интереса со стороны новоиспечённого омеги.
Танцуя с многочисленными претендентами, Алияс вёл себя безупречно вежливо, но вряд ли кому-либо кроме Шайса была очевидна вся глубина его безразличия к пустой болтовне атаковавших его альф.
И всё же, после разговора с Диертом Шайc чаще вспоминал Алияса. То, каким тот был во время танцев… Ему могло только показаться, но жрец носил точно такое же выражение на лице, присутствуя на десятках приёмов и официальных мероприятий… И Шайс был почти уверен, что эльф смотрел на Борея тем же холодным взглядом, что и на незнакомых альф тем вечером.
Закончив переносить мешки, Алияс прикрыл дверь подсобки.
— Я узнал, где находятся джипы. — На озадаченный взгляд Шайса добавил: — Машины, такие, как моя жестянка… — Алияс сбился, вспомнив, что дракон не помнит о его жизни в Тихом Омуте. — Не важно. Я знаю, на чём мы доберёмся до города. Ехать до него около семи часов, так что лучше выдвигаться ночью.
— Где этот отсек? — серьёзно спросил Шайс, и Алияс постарался объяснить на пальцах:
— Это приблизительное расположение. Мне ещё не удалось там побывать.