- А когда? И как – вы ж летать не умеете до Выбора.
- Люди живут в горах, рядом с горами, порой те, кто скреплен братским договором, прилетают в гости. Мы видим людей часто, просто магия защищает наших детей от чужаков, поэтому все, кто к нам приходят, не могут рассказать ничего. Но это древняя магия, про нее знает только Великий Угли, как и то, почему пришлось к ней прибегнуть тоже, так что не спрашивай – не знаю.
Я так и закрыла рот, не успев озвучить вопрос, а дракон продолжил.
- У нас есть школы, не человеческие, но есть – мы учимся, общаемся, дружим, ссоримся, деремся. Чего не у нас в школах – это влюбленностей, первых детских человеческих влюбленностей
- А хотелось бы?- я сама испугалась своего вопроса, а потом мне смешно стало: спрашиваю дракона о том, что он, наверное, и не знает, но Дамир всколыхнулся и возмущенно спросил:
- С ума сошла – зачем нам это безобразие?
Хм, да, дракон – не человек, и с человеческой меркой к нему подходить не стоит, но ведь понимаем же мы друг друга, чувствуем, значит не сильно и отличаемся.
- Ладно, не отвлекай. Потом мы попадаем на Выбор, пока еще бескрылые, но попадают только те, кто точно обретет крылья в отведенные месяцы.
- А кто не попадает?
- Тот через три года только обретает крылья – это тоже магия, драконья. Ну а потом ты представляешь все остальное – мы живем бок о бок с человеком и пытаемся обрести свою драконицу.
Дамир больше не говорит, даже не прощается, вместо прощания – толчок головы в плечо, и дракон улетает, а я остаюсь на балконе с невыясненным вопросом: «Для чего? Для чего нужен Выбор?»
- Дамир, а какая у драконов иерархия?
- Ты все не угомонишься?- дракон рыкает, но я чувствую, что недовольства нет – ему самому хочется ответить.- С чего вдруг такие вопросы?
- Ну как с чего? Вот я знаю: есть Великий Угли – ему подчиняются все драконы безоговорочно; есть ты или Галар, дракон-брат короля Кайрона; есть Дамат, предводитель Огненных Драконов или Краген, до того как его на Выборе выбрал Сеарел; есть те же драконы, которые в договоре со Стражами или с обычными первородными; и где-то еще есть дикие драконы.
После того раза, что я расспрашивала Дамира про жизнь драконов прошло несколько дней, и дракон откровенно меня избегал, хотя я исправно приходила на балкон каждый вечер. А король Бранен посмеивался надо мной, что я своими вопросами запугала бедного дракона, что ему спокойнее со своими собратьями находиться, чем на мои вопросы отвечать.
- Вот можно подумать, что Вы ему вообще вопросов не задавали,- буркнула я в тот раз, уходя из кабинета.- Я, между прочим, ни одного нетактичного вопроса не задала, все из пособия по изучению новых земель, открытых нашими исследователями – ничего лишнего.
На это король только хмыкнул, но вечером я не нашла в его библиотеке озвученное пособие, хотя раньше оно лежало на видном месте и никого, кроме меня, не интересовало.
- Ты права: все мы подчиняемся Отцу Драконов. Потом идут предводители: в человеческих землях предводитель – дракон-брат действующего короля или ставленник, если действующий король еще не достиг совершеннолетия или еще не коронован. В Дагорате – это я, в Шахнатаре – Галар, в Ледяных землях теперь – это Краген.
Я слушаю, не перебивая, даже не вздрагиваю привычно на упоминание Крагена. Кажется, находясь в Дагорате, я перестала испытывать страх перед черным драконом, только тот сон и выбил меня из спокойного состояния, но слишком уж он был реальным.
- Нам подчиняются все драконы, которые находятся на территории земель нашего брата-короля. Подчиняются до тех пор, пока не находят себе новый дом для откладывания яиц. После этого драконы подчиняются не только нам, но и предводителям свободных драконов. Если дракон после Выбора остался без наездника и не хочет жить в его землях, то он вправе выбрать земли свободных драконов или земли диких драконов.
Я открываю рот, чтобы вставить вопрос, но Дамир опережает меня:
- Дикие драконы, ты о них хочешь спросить, это не как дикие звери – они имеют ту же иерархию, что и все мы – они подчиняются предводителю и Отцу Драконов. Дикие драконы не заключали договор о Великом Выборе, они в договоре с людьми, которые живут на их территории, своего рода, закрытые земли – сами себя полностью поддерживают.