Бранену было безумно жалко дракона – так отчаянно ощущались слова. Он готов был горло перегрызть за друга, лишь бы это ему помогло.
- Как я могу помочь, друг?
- Найди ее!- крик был невыносим, стучал в голове так, словно таран в ворота крепости. Бранен попытался отстраниться от мыслей дракона, и тот тут же отступил, заговорил мягче и бережней, стараясь унять отчаяние.- Я покажу тебе, как я ее видел, а ты своим и моим зрением сможешь ее найти…только открой голову, дай слиться с тобой…я не причиню тебе вреда…
Мужчина вздохнул, резко втянул воздух и попытался отрешиться, освобождая мысли. Медленно, почти по кошачьи в голову проникал дракон; было похоже на мысли, которые в голове кружатся неустанно, но какие-то чуждые, шероховатые, даже другого вкуса и запаха, если у мыслей бывает что-то похожее. Дракон входил аккуратно, пытаясь не разворошить мысли Бранена, иначе они его вытолкнут обратно, а потом растекся, как кот на солнце, занимающий все пространство лежанки и прошептал:
- Открывай глаза, Бранен, и смотри внимательно…
Мужчина открыл глаза и впервые посмотрел на мир глазами дракона – мир вспыхнул совсем другими красками. Вначале воздух – он показался как будто наполненным искрами, летающими во все стороны, а не по воле ветра; затем лес – он был в темноте как будто подсвечен чем-то мерцающим, что делало каждое дерево отдельно-прекрасным и одновременно частью всего целого; горы – они дышали, вздымались и опадали, и шептались; драконы были красивее всего вокруг – словно из сказочных преданий они горели чешуей, оставляя за собой шлейф из искр. И люди были красивы – они были похожи на драконов, которые носили их по небу, а внизу девушки светились цветами, непривычными для глаза: лиловыми искрами, бордовой радугой, фиолетовой молнией, глубоким зеленым, похожим на звездное небо, огненно-желтым с синими дугами. И среди этой мешанины цветов ярким пятном выделялась одна – она сияла ярко, почти как солнце в полдень и одновременно как луна в ясную летнюю ночь, свет ее мерцал всем, что до этого видел Бранен: искрами, радугой, молнией, дугами. И взгляд от этого света оторвать нельзя было – оставалось только стремиться к нему и …забрать, нет – схватить, спрятать и обладать.
- Она,- прорычал в голос Дамир и ринулся к платформе, а Бранен продолжал смотреть на свет, что приближался стремительно к ним, ослепляя и опаляя. – Я опять ее не вижу…- простонал дракон, который успел покинуть голову Бранена. Он приземлился на поручни платформы и пытался удержать равновесие и не опрокинуть платформу на землю.
- Зажги факелы – они справа и слева и на шаг прямо,- сообщил Бранен другу, пытаясь привыкнуть к своему родному зрению, которое вернулось и погрузило во тьму.
Бранен посмотрел на платформу и попытался разобраться, почему его друг не видит девушку, хотя она сидит себе смирно на площадке и не пытается убежать или сделать что-то еще.
- Ты факелы видишь? – спросил Бранен.- Платформу, столб – что-нибудь?
- Все вижу, только не ее,- боль в голосе не спутаешь – дракон в отчаянии.
- Вокруг столба на расстоянии трех твоих пальцев круг из ягод – убери их,- догадался мужчина, но тут же добавил,- Только аккуратнее – она сидит у столба.
Дракон разорвал круг лапой и выжег остатки ягод.
- Лучше, я почти вижу ее, но этого не достаточно,- шипел дракон в мыслях Бранена, опаляя и оглушая его резкими мыслями: желанием найти, схватить, обладать. – Мне нужно видеть ее, чтобы отдать родовой камень.
Бранен присмотрелся и увидел на столбе искры магических предметов, только не понял, что это было, да это и не важно – достаточно убрать.
- Столб, на уровне моей головы лента – сорви ее, - дракон выполнил все быстро, и тут же Бранена накрыла волна облегчения и ощущение свободы, а затем нахлынули чувства дракона, которые Дамир попытался загасить, но они вместо этого проникли в голову Бранена: она принадлежит мне, моё…
Девушка нерешительно взглянула на Дамира, затем на Бранена, а у того аж мышцы свело на руках – захотелось схватить и скрыть ото всех…почему-то в горах…
Черного дракона он не сразу увидел – понял по глазам девушки, что рядом приземлился Краген, - ее глаза наполнились такими ужасом и паникой, подобно которым Бранен видел только у племянников, когда те только просыпались после кошмара и не могли еще осознать, где они находятся. А потом ощутил ярость Дамира, когда девушка повернула голову в сторону черного дракона, и оглушительный рык, не понятно, к кому обращенный: «Не смей!»,- а следом столб огня, который прошелся слишком низко и едва не зацепил девушку.