- Я с ним целова-а-алась,- и уткнулась в подушку. Плечи ее вздрагивали, кулаки стучали по кровати, а сквозь рыдания слышались слова, смысл которых вновь сводился к «пропащей» женщине.
- Ну, допустим, если б от поцелуя становились «пропащими», то нас всех нужно записать в эту категорию, - я не старалась сейчас утешить подругу, главное – выяснить подробности, от которых уже можно было бы строить диалог.
- Ты не понимаешь, - шмыгнула носом подруга, поднимая голову от подушки, - это все не то. Он ТАААК целуется…
На слове «тааак» у Аманды расширились зрачки, глаза заблестели, а щеки стали пунцовыми. Хм, если поцелуй «тааак» впечатлил Аманду, значит, он был совсем не детским…
- Ну и? – что еще я могла спросить, чтобы мне наконец ответили – в чем же заключается ее «пропащесть».
- Да как ты не понимаешь, - подруга села на кровати, прижала ладони к пылающим щекам и, хвала всем богам, прекратила плакать,- я сама с ним целовалась! Я не то что бы «нет» не сказала, я вообще про все забыла, даже как дышать и кто я вообще такая…
Я села на кровать рядом с Амандой, обняла ее за плечи, и спросила как можно безразличней:
- Тебя что пугает-то? Что тебе понравилось?
- Как ты не понимаешь, - опять заладила подруга и шмыгнула носом, но, благо, рыдать пока не думала, - что он обо мне подумает? Что я доступная? С первого же момента и бросилась ему на шею, САМА…
- Ну, - протянула, мысленно представляя эту сцену и стараясь не улыбаться, может, все не совсем так, как мне кажется, - он же тоже не столбом стоял, и начал ведь тоже он? Или я ошибаюсь?
- Так его понять можно – он под драконьими эмоциями был – у него оправдание есть…
Вот мы и подошли к проблеме – отсутствие оправдания…
- У тебя, в общем-то, тоже есть…
Я не стала продолжать, чтобы Аманда как следует прочувствовала момент и осознала, что существует возможность себя оправдать.
- Какое? – она еще недоверчиво смотрела на меня, но в глазах уже появилась надежда и даже воодушевление.
- Ягоды Первоцвета обыкновенного…
Аманда бросилась меня обнимать и поливала мне платье слезами, только уже от радости.
- Как же я сама не подумала,- удивлялась она чуть позже,- ведь эти ягоды смелости придают… Но ведь другие девушки тоже их ели – они же себя так не вели.
- Значит, те ягоды были подсохшие. А может и вели – ты ж не видела, - я уже порядком устала подкидывать подруге идеи для оправданий и, кажется, стала раздражаться, а Аманда вдруг поменяла тему.
- Ты знаешь, у него брачный браслет на руке,- она сжала левое запястье, показывая, где именно, а я сдавленно охаю – как такое возможно?
- Какого он цвета?
- Черный, почти истертый, еще немного и развалится.
Не знаю, чувствовать облегчение или сочувствовать.
- Он вдовец,- шепчу, а сама думаю – давно, не меньше трех лет, а все еще носит браслет, значит, боль не прошла. Вижу, как поникла подруга, но только и могу, что обнять ее.
- Он меня поцарапал этим браслетом,- продолжила рассказ Аманда, вновь упав на кровать и отрешенно глядя в потолок, - а я увидела и разозлилась, оттолкнула, но он даже не почувствовал и не понял – снова попытался меня поцеловать…Его дракон оттолкнул, потом долго не подпускал, пока драконьи эмоции не схлынули…
Я сижу молча и слушаю внимательно, подруге надо выговориться – анализировать она будет позже, уже без меня…
- Это называется «Шторм», когда драконьи эмоции переливаются в наездника,- Аманда достала книжку из-под подушки.- Представляешь, об этом в лекарской энциклопедии написано, как о каком-то простом заболевании. И рекомендации есть: избегать источников, провоцирующих всплеск этих эмоций.
- То есть – нас…- мне даже в книгу заглядывать не нужно – все ответы на лице подруги.
- У тебя хоть будет целый замок в распоряжении, - улыбается подруга.
- Лишь бы не башня с драконом на крыше, - улыбаюсь я в ответ, и мы смеемся сначала нервно и истерично, но потом уже более легко, облегченно.
А в книге еще рекомендация нашлась – свадьбу сыграть как можно быстрее. А я раньше удивлялась, откуда столько браков в дни Выбора, а это, оказывается, лекари лекарство придумали от Шторма…