Я попробовала втянуть чуть воздуха, но внутрь тут же проник запах ягод, от которого мне окончательно стало дурно, и я была готова прямо на дороге лишиться чувств, а старушка все не унималась:
- Они подпитывают магию, восстанавливают энергию, возвращают магические способности.
- Они выглядят просто великолепно, - рука короля забрала кулек у женщины, а другая аккуратно пожала ее сухую тонкую ладонь,- но, к сожалению, вновь прибывшим в Дагорат ягоды нельзя употреблять еще несколько дней. Но, если вы не против, обязательно угощусь сам и передам нашим мужчинам – они-то к ягодам привычные.
Я смогла наконец-то вдохнуть, сделала это медленно и тихо, чтобы никто не услышал мои судорожные всхлипы, и улыбнулась старушке достаточно открыто и искренне, и обрадовалась, что улыбка не была похожа на оскал – старушка мне улыбнулась в ответ.
Мы пошли дальше, а король отдал церемониймейстеру кулек с ягодами и что-то тихо приказал, потому что мужчина тут же куда-то удалился.
- Не любите ягоды важана?
Я с трудом сглатываю, словно они снова у меня перед носом, и говорю каким-то невероятно сиплым голосом:
- Ни в каком виде, совсем…
«Совсем», потому что когда говоришь, что просто не любишь, то добрые люди начинают задавать вопросы: «А сушеные?», или вот: «Совсем-совсем?», а еще самое замечательное: «Ты, наверное, их незрелыми ела, а у меня они - самое то». Уверена, что старушка по доброте душевной так бы и сказала, и начала б уговаривать попробовать хоть ягодку. И я, помня наставления родителей про то, что нельзя обижать простых людей отказом, если они тебя от души угощают, обязательно б взяла эту злополучную ягодку… Меня б не раздуло, я б не стала чесаться и не покраснела, не начала чихать или лить слезы, но то отвращение, которое поселилось во мне с детства, сдавливает мое горло, не пропуская ягоды…Был бы конфуз.
Мы наконец-то дошли до площади, где уже установили на возвышении королевский трон, на который тут же уселся Бранен, а нам досталось стоять напротив и выслушивать приветствия министров Дагората. И ведь даже чихнуть нельзя или лишний раз пошевелиться – все жители столицы, что обступили нас со всех сторон, слушали с неподдельным интересом и почтением.
Речи, конечно, были отработаны годами, обтекаемые и доброжелательные, словом, только нас ждали, чтобы с нами «сворачивать горы и реки, украшать страну и покорять земли». Министр по Семейным делам уверял, что мы все ему как дети и можем прийти к нему, или к его подчинённым, с любой проблемой, будь то недопонимание в семье или, отвратите, Великие боги, измены. Фраза «недопонимание в семье» подняла нас, незамужних девушек, до статуса «почти жены», и говорила о том, что министр совсем не в курсе последних «нововведений», которые огласила королева Дерия.
Министр Маги рассматривал нас достаточно иронично, хотя говорил тоже весьма общие фразы, что наши магические способности будут оценены, развиты и применены по назначению. Как будто мы не живые существа из плоти и крови, с желаниями, эмоциями и каверзами, а камни, которые достают в горах, а потом выискивают среди них те, что смогут с годами стать артефактами.
Я уже начала замерзать, хотя даже ветер во время полета на драконе не выхолодил тепло из плаща, шапки и сапожек, но в Дагорате было очень холодно. Снег отсутствовал, к моему огромному сожалению, но студеный воздух залезал в рукава, за воротник платья, в сапожки. А местные жители холод словно не замечали: стояли и молча слушали, даже не пытаясь подвигаться и разогреть руки и ноги, не обращали на пар, который шел изо рта. За свою жизнь я ни разу так не мерзла.
Что ж, нашелся тот, кто разогрел меня всего парой фраз…нет, не так, - одним доброжелательным предложением:
- Дорогие мои, через неделю приглашаю вас всех в Академию на вступительные экзамены …
Глава 4
Глава 4
По закону Дагората все первородные, родившиеся в стране или за ее приделами, независимо от подданства, должны были закончить Академию. Не просто отучиться, а именно закончить, и не важно, сколько лет ты это будешь делать: положенные пять или двадцать. Если девушка прилетала после Второго Выбора в Дагорат, то следом она сдавала вступительные экзамены в Академию. Спасти могло только наличие диплома из другой Академии, но кто ж из девушек мог этим похвастаться – не все в своей родной земле собирались учиться.