Меня обдало жаром так, что, наверное, даже уши и шея покраснели. Я же сама себе сделала жуткую подлость. Нет, ни когда ушла из Академии Пармских островов, а когда пропустила совет ректора нашей Академии, а он мне говорил совсем недавно: «Вы, Леди Элис, обладаете знаниями, на основании которых мы можем вручить вам диплом, только осталось немного – сдать выпускные экзамены». Я даже не собиралась сдавать – моих знаний было достаточно, чтобы со временем стать полноправной помощницей отца, и для этого диплом не требовался. А теперь, оказывается, эта книга могла освободить меня от еще одного года позора в стенах Академии. Вот и повернулась жизнь ко мне спиной, да еще хвост задрала кверху, ох, прости меня, мамочка, за это выражение.
А потом мы все должны были дать клятву Дагорату и его королю, и это действо было обставлено помпезно и вычурно. За спиной короля раскрыли знамя Дагората, черны лев и дракон, дерущиеся на фоне золотого солнечного диска, и все это на ярко-синем фоне. На площадь вышли молодые маги в униформе Академии Дагората: черные камзолы, расшитые яркими золотыми молниями по рукавам и воротнику, черные шапочки с золотым пером, а в руках книга законов Дагората – ко мне поднесли самую невзрачную, но вокруг нее так разбегалась магия, что мои соседи даже непроизвольно попятились, а уж мне захотелось слиться с толпой, претворившись зевакой.
Я видела, как девушки повторяли за магом слова, и книга тут же слабо светилась, принимая клятву. До меня очередь дошла в самом конце, и все головы были повернуты в мою сторону, а кто не мог разглядеть, взобрались на фонари, деревья, балконы. И стало жутко тихо, как будто от моей клятвы зависела жизнь всех, здесь присутствующих.
- Я, Элис Тандер, Леди Пармских островов, клянусь не причинять вреда, по своей воле или невольно, Дагорату, каждому жителю Дагората, каждому гостю Дагората, королю Дагората, - мою руку на книге жгло нещадно, словно я на раскаленные угли ее положила. – Ни действием, ни словом, ни желанием, ни молчанием…
Дальше шла фраза, которую я не прочла вслух: «Я клянусь в верности королю Дагората, обязуюсь подчиняться и слушать его волю и не замысливать измену». Эти слова в моем прочтении и в моей ситуации звучали бы очень двусмысленно. Я остановилась, подняла глаза на Бранена Шахнатара и произнесла:
- У меня все…
Книга прекратила жечь, но свечение ее было на столько ярким, что многие вокруг отвернулись или прикрыли глаза. Маг что держал передо мной книгу, чуть не рухнул на месте от ужаса – на его веку, похоже, еще ни одна книга законов так не светилась. Министры зашушукались, пытаясь осознать, почему мою неполную клятву приняла книга; девушки, которые давали клятву раньше меня, зароптали, ведь я нарушила традицию; а горожане вдруг заулыбались, словно ожидали именно этого, даже стали поздравлять друг друга с чем-то, мне совершенно не понятным. Король Дагората встал с трона, обвел всех нас внимательным взглядом, на мне совершенно не задержался, и произнес:
- Я принимаю ваши клятвы. Обязуюсь защищать каждого из вас от врагов внешних, внутренних, невидимых. Отныне вы – не просто гости, вы – граждане Дагората.
Книги, которые все еще были в руках магов, озарились теплым светом, а «моя» так даже подлетела над площадью и устремилась в замок, а за нею потянулись, как стая перелетных книг, то есть птиц, остальные книги.
«Кроме Вас, Леди Элис Тандер…», - повисла недосказанная фраза.
- Что ж, теперь, жители Дагората, вы можете обнять своих сыновей и принять в свой Род этих девушек,- король встал с трона и первым направился ко мне.
Я слышала, как замерли люди на площади, как примолкли девушки, которые совсем недавно ехидно посмеивались над моей клятвой. Вложила руку в протянутую широкую ладонь короля и последовала за ним во дворец.
* * *
Церемониймейстер, дворецкий, экономка, камердинер, шеф-повар, личная служанка, глава Стражей, казначей – их всех представили мне по очереди, меня тоже им представили – как гостью Рода Дагорат. Небольшое уточнение, но такое существенное – НЕ часть Рода. Но ведь и я не завершила клятву.
Потом был разговор с родными: артефакт, что отвечал во дворце за переговоры, находился в кабинете короля и представлял собой большое, в полный рост короля Бранена, зеркало из черного полированного золота. На островах мы редко видели артефакты, у отца за переговоры отвечала маленькая подвеска-медальон величиной с мой ноготок. Так что я, как завороженная, смотрела на это чудо и даже не сразу заметила, что мои родители уже успели поздороваться и о чем-то меня спрашивают.