Другое дело – зачем он меня тащит?
Мы скатились по трём лестницам, погружаясь, как мне показалось, на самое дно. Спуск уже не просто раздражал – пугал до дрожи. На четвёртой лестнице я попыталась остановиться, вцепившись в перила и стараясь остановить и уиверна:
- Дрейвен, подожди! Может, не надо туда?!
Он замер на полушаге, не оборачиваясь.
- Что? Как ты назвала меня?
- По имени – как ещё, - пробормотала я, беспокойно вслушиваясь в невидимую пока глубину: крикнула, а потом напугалась. Начала уже усваивать, что здесь, на нижних ярусах, лучше даже не пищать!
- Дрейвен, - повторил он. – Ты уверена, что… это правильно?
- Что именно? – уже недоумённо спросила я. И вдруг поняла, что он имеет в виду. – Ты… не знаешь, как тебя зовут?
- Келли нашла меня без документов и без памяти, - совершенно хладнокровно ответил он. – Давно. Я не знаю когда. Она отбила меня у «пауков» (одного ты видела только что) и научила жить здесь. Навыки выживания у меня были. Из прошлого. Оставалось только приноровиться к месту. А теперь ты называешь меня… Дрейвен, - он словно попробовал на вкус своё имя. – Ты уверена, что не ошибаешься?
- Уверена, - медленно сказала я, всматриваясь в спокойное лицо. А вдруг он врёт?
- Дрейвен. Хм… Интересно. И кто же я?
- Уиверн.
- Здесь таких не водится, - бесстрастно сказал он, машинально оттирая кровь со скулы. – Поэтому… Не знаю.
Его «Здесь таких не водится» прозвучало как издёвка.
- А ты помнишь всё – с того момента, как тебя нашла эта Келли? – спросила я, встревожившись: ясно же, что потеря памяти – это часть уивернского безумия.
- Всё. У меня хорошая память – за исключением того, что было до… Келли.
Хоть это хорошо! Приступов больше не было! Но не успела порадоваться хоть этому обстоятельству – хотя с чего бы такая радость? – как он спросил:
- И что же натворил тот уиверн, которого называют Дрейвеном?
- Почему ты решил, что он что-то натворил?
- Ты же хочешь убить его.
Странный разговор. Как будто говорим о третьем лице. А не о нём. Но если он потерял память… Если… Как быть мне?! Как быть с моей местью ему?!
Не дождавшись ответа, Дрейвен снова схватил меня за плечо.
- Идём. Нечего задерживаться на одном месте. Есть тут одна нора, в которой сможем спокойно поговорить.
Он что – подслушал меня насчёт крысиных нор?
Преодолев четвёртую лестницу, мы очутились на большой площадке какого-то странного открытого помещения. Туман скрывал многое, но мне удалось разглядеть кое-что. Здесь, видимо, было когда-то какое-то производственное предприятие. Во всяком случае, я приметила ряд столов с какими-то мёртвыми сейчас приборами, ровно запорошёнными пылью. Но хуже, когда движением воздуха туман будто отодвинулся показать мне жутковатую картинку: за одним из столов сидел человек. В расстёгнутом белом халате. Во всяком случае – фигура была гуманоидная. И тоже покрыт беловато-серой пылью. Неизвестный спал, положив руки на стол.
На площадке произошло какое-то движение. Туман лениво закрутился и скрыл фигуру спящего.
- Что? – спросил Дрейвен, когда я от неожиданности замерла.
- Там… Спит!.. – выпалила я, не зная, как объяснить видимое.
- Он уже года два спит, - ровно сказал Дрейвен и поспешил дальше: сверху лестниц слышались звуки бегущих существ, повизгивание и рычание, словно твари мешали друг другу, отчего и грызлись за более удобное место в беге.
На бегу, благо Дрейвен тащил меня за руку, я оглянулась на «спящего». Туманснова разошёлся. Подземный ветер лёгким порывом распахнул полы халата. Фигура не пошевелилась. Мумия. Оболочка, бывшая когда-то живым существом и застигнутая неведомой смертью прямо на рабочем месте.
Ещё две лестницы вниз. Коридор, в котором трудно идти тихо, потому что он похож на гигантскую трубу воздухопровода, повисшую в пространстве, без опоры на поверхность. Первых шагов в этом странном коридоре я испугалась: гулкие, отдают сильным эхом… Но Дрейвен шёл спокойно, а коридору конца-краю не видно – в основном из-за тумана, который здесь курился мелкими струйками со стен. Монотонный шаг сделал, в конце концов, своё дело. Я почти успокоилась… Да и пульсация здесь не давила на уши, разве что в начале коридора.
Он вёл меня, как безобидную маленькую девочку – ничего не боясь, хотя наверняка помнил и о моём оружии, и о моей угрозе убить его. Ведомая за руку, я время от времени поглядывала на уиверна, похоже тоже впавшего в задумчивость. И чем дальше, тем упрямей мои мысли возвращались к одному и тому же вопросу: кто такая Келли, за которую он принял меня?