- Что-о? Почему это уиверна отправят в лечебницу?
В свете полученной информации вопрос был риторическим. Я машинально положила руку на давно округлившийся живот, впервые близкая к тревоге.
Нет, ребёнка я ненавидела... Но... Мало того что его, неродившегося, собиралась убить его собственная мать, так в случае рождения его упрячут в больницу для сумасшедших?! Я словно увидела, как плачущий младенец, маленький и беспомощный, закрывает руками голову, а в него... стреляют! Впервые я уловила в себе что-то вроде шевельнувшегося сочувствия к нерождённому существу, которого ожидала участь пострашнее моей. Его... ненавидел весь мир...
Так же машинально я положила на живот вторую руку. Когда поняла, моё дыхание залихорадило: это частичка меня. Моё мясо - если грубо. Мои мышцы, нервы, кости... И часть меня - его! - убьют?! Плоть от моей плоти - это я должна распорядиться его судьбой! Никто - кроме меня! Это мой ребёнок! Мой!
Всё познаётся впервые. Увидела свои машинально приподнятые руки - обнять живот - обнять ребёнка... Эгоизм по отношению к ребёнку стал спусковым крючком. Теперь из летаргии личной боли и ненависти я проснулась полностью - и увидела себя, своё место в мире уивернов совершенно иначе. Да, пока я ещё не всё знала, но воспринятого оказалось достаточно. Жар разлился по телу, а дыхание сухо зачастило. Я учуяла, как во мне поднимает голову дерзкая приютская девчонка, которая могла ударом ножа ответить на попытку сильных зажать её в тёмном углу.
- Есть документы, в которых записано, когда у кого из прислуги заканчиваются контракты? - уже сухо спросила я.
- Есть, дама Лианна.
- Покажи. Меня интересует контракт начальника службы безопасности.
Сухой морщинистый палец ткнул в нужную строку. Контракт Адэра Кейдна истекал через месяц. А платили ему здесь очень даже неплохо - здешние расценки я хорошо изучила, пока летела на Уиверн. Неплохо - это даже мягко говоря. Наверное, он не захотел бы сам уйти с этого места. С минуту я размышляла над этим фактом.
- Мне нужна одежда. Комбинезон. Потом пришли ко мне Кейдна. Ваших обычаев я не знаю. Кто, доверенный, мог бы мне помочь постепенно разобраться с ними?
- Брилл очень хорошо знает все законы и традиции уивернского общества, - чопорно сказал Грир.
Всё ещё держа руки на животе, я кивнула.
- Хорошо. Найди мне Брилл. Чуть позже. Сможешь незаметно провести её ко мне?
В брошенном на меня взгляде блеснула надежда.
- Могу, дама Лианна. Сначала - Кейдн, потом Брилл. Что ещё?
- Расчёску и мою сумку, - деловито сказала я и чуть не расхохоталась, вспомнив, что именно в сумке лежит тот самый нож времён приюта, что во всех странствиях в поисках работы неизменно сопровождал меня.
Заговор против родственников даг Куианны, решивших, что они легко справились со мной, безгласной человеческой самкой, был придуман быстро, ещё до прихода Кейдна, оказавшегося уиверном. Он выслушал меня насторожённо. Но авантюрная жилка в нём всё-таки сказалась. Он и правда не хотел уходить с этого места: привык к дому, да и оплата его услуг в этом доме достойная. Кое-что он обсудил со мной, внеся коррективы в мою задумку, - и я благословила его на выполнение нашей безумной идеи.
Всё очень просто. Едва кто-то из родственничков оказывался за пределами "Драконьего гнезда", его больше в дом не пускали. Звонки по вирт-связи к оставшимся в здании ни к чему не приводили: зная их вирт-номера, охрана их просто блокировала. Сразу. Через неделю я полностью пришла в себя из апатичного ступора, поняла, что теперь собой представляю, и устроила дворцовый переворот. С уменьшившимся количеством претендентов на грабёж старого дома охрана справилась быстро.
А через день после захвата дома, и так принадлежавшего мне - по уивернским законам, а теперь и фактически, я, в сопровождении телохранителей и восстановленной на работе Брилл, поехала к даг-ин Рэдманду, семейному адвокату "Драконьего гнезда" - как выяснилось, название принадлежало не только дому, но и роду даг Куианны. Здесь я получила копию первой части завещания и первую консультацию о своих правах и обязанностях по отношению не только к дому, но и к прислуге. По требованию даг Куианны, в завещании, оставленном у адвоката, были указания, которые даг-ин Рэдманд должен был оглашать мне каждые полгода.
Первый год я вникала в оставленное мне хозяйство. Прервалось моё вникание только раз - с рождением ребёнка, над которым я теперь тряслась так, как от себя не ожидала. Уиверн! Черноволосый, с пронзительно-серыми глазами его отца - Дрейвена Ши Ро! Но это теперь меня не останавливало. Я оказалась ненормальной матерью, готовой дневать и ночевать с сыном не то что в одной комнате, но и в постели - и не только в первые дни после его рождения. Я бешено ревновала сына ко всем, кому он по-младенчески мог улыбнуться. Я до слёз психовала, едва он кашлянет или чихнёт, - я, та самая, которая всего лишь несколько месяцев назад собиралась убить его при первой же возможности!.. Никаких нянек! Только сама - всё сама! Я боялась - страшно боялась, что чужие могут быть подосланы обозлёнными родственниками; что с сыном могут сделать что-нибудь, чтобы потом объявить его сумасшедшим, каким был его опять бесследно пропавший отец. Даже врачи - только проверенные и только по совету Брилл или даг-ин Рэдманда... В общем, настоящая мания преследования.