Это неуклюжее продвижение вперед настолько поглотило все наше внимание, что мы совершенно не заметили, как вокруг нас начала сгущаться темнота. Только когда я вдруг понял, что не вижу ступней своих ног и что гранит под ними перестал поблескивать сотнями ярких игольчатых светляков, мне пришло в голову оглядеться. Если раньше сверкание окружавших нас гранитных стен создавало впечатление струящегося по ним света, то теперь мне показалось, что по тем же самым серовато-стальным скалам ко дну стекает темнота. Эта темнота постепенно заполняла все пространство ущелья, поднимаясь все выше и выше, затапливая окружающее пространство, поглощая малейшую светящуюся искру, малейший намек на свет.
Наконец наступила странная, непроницаемая темнота, и в тот же момент появились… звуки. Сначала это были просто неясные шорохи, скрежет металла о камень, нечеткий перестук, напоминающий глухой топот копыт. Потом высоко в небе прозвучал резкий тягучий звук, показавшийся мне почему-то отголоском охотничьего рога, и сразу после этого над нами словно бы пронеслись невидимые всадники, сопровождаемые заливистым собачьим лаем, звонкой дробью отразившимся от стен ущелья. Едва этот водопад звуков стих, позади меня послышался шепот Вигурда:
– Мы не сможем двигаться дальше в такой темноте!…
– Почему? – переспросил я. – Заблудиться в ущелье мы в любом случае не сможем…
– Но я даже не вижу, куда поставить ногу! – шепотом воскликнул маркиз.
И тут мне пришла в голову совсем простая мысль – наладить необходимое освещение! И, как мне показалось, никаких особых препятствий для этого не существовало. Подняв забрало, я начал нашептывать подвернувшееся мне и подходящее к данному случаю заклинание и при этом с силой потирать ладони одну о другую. Когда заклинание было сказано, я сильно дунул на свои разогревшиеся ладони и раскрыл их лодочкой… Между ладонями трепетал крошечный язычок оранжевого пламени. Выпустив его вверх словно бабочку, я прибавил ему магической подпитки, и окружающее пространство озарилось неким призрачным подобием света. Я говорю «подобием», потому что этот свет совершенно не отражался от окружавших нас гранитных стен, он, казалось, даже не достигал их, хотя позволял видеть вперед и назад достаточно далеко.
Как только вспыхнул мой светлячок, все преследовавшие нас звуки мгновенно смолкли. Однако наступившая тишина продолжалась совсем недолго – впереди кто-то невидимый громко и зло расхохотался!
Этот смех заметался между каменных стен, прижимаясь ко дну Расщелины и словно не желая вырываться из нее. Казалось, он никогда не кончится, то чуть затихая, то получая новую силу, он окружал, обволакивал нас, толкал почти физически то к одной, то к другой стене, но в самый кульминационный момент он вдруг смолк, как будто разуверился в своей силе.
Мы продолжали медленно двигаться вперед, и я вдруг почувствовал, что уклон, так мешавший нашему движению, начинает пропадать, но происходило это совсем не потому, что мы продвигались вперед – дно Скользящей Расщелины, чуть подрагивая, выравнивалось само собой! Однако, едва мы смогли выпрямиться и вздохнуть с облегчением, оно резко наклонилось в другую сторону, словно желая сбросить нас к левой стене.
Мы удержались, хотя дно расщелины еще дважды меняло свой наклон, правда, постепенно замедляя скорость своих колебаний. Наконец оно снова приобрело неподвижность и… горизонтальность! Уклона больше не было, и мы больше не скользили при каждом шаге. Я быстро двинулся вперед, таща свою лошадь за повод и слыша, как позади меня ругается сэр Вигурд, торопя своего броненосца. Но пройти нам удалось не больше пятидесяти шагов, впереди послышался угрожающий гул, постепенно перерастающий в оглушительный грохот, заставивший нас замереть на месте.
Остановились мы вовремя – не дальше чем в тридцати – сорока метрах впереди по движению произошел обвал! Огромные камни упали на дно ущелья, словно вывалившись просто из темного неба. Расколовшись на части, они перегородили всю ширину ущелья, а сверху продолжала сыпаться мелкая галька и обломки гранита, заполняя пазухи между крупными обломками. Через какие-то пару минут ущелье было перегорожено каменной стеной.
«Приехали!» – раздался разочарованный писк Фоки.
«Ни фига!…» – ответил я ему и шагнул вперед.
«Как это?!» – пропищал Фока.
«А так! – зло ответил я. – Дурачат нас!»
– Ты куда, сэр Владимир? – раздался позади меня голос моего молодого друга, в котором мне послышалась некая нехорошая обреченность.
– Туда же, куда и раньше, – не менее зло ответил я маркизу.
– Но… там же обвал!… Нам не проехать!… – Вигурд явно не понимал моих намерений.
– А мы попробуем! – уже веселее проговорил я. – Что-то мне в этот обвал не очень верится – такая куча сыплющихся камней и… совершенно нет пыли! Ее что, специально убрали, чтобы обвал был виден нам во всех подробностях?
«Точно! – вдруг воскликнул Топс. – А я все думаю, что же мне так этот обвал не нравится!»
«Мне он тоже не понравился, – встрял Фока. – Но я точно знаю почему!»
– Хм! – В голосе сэра Вигурда появилась надежда.
«Почему?» – немедленно отозвался Топс.
– Возможно, сэр Владимир, ты действительно прав, отсутствие пыли очень… необычно!
«Потому что он мешает нам двигаться дальше!» – рассерженно пискнул Фока.
«Ты, глупый каргуш из породы ярко-красных глупых каргушей! – насмешливо проговорил Топс. – Пойми, если пыли при обвале нет, значит, и сам обвал ненастоящий!»