– Двадцать второго октября тысяча семьсот двадцать первого года… – прочитал я как по написанному и… получил в зачетку «отлично»!
После этого случая я довольно часто пользовался этим, невзначай обнаруженным свойством моей памяти.
И вот теперь, когда я по чистой привычке прикрыл глаза, перед моим мысленным взором вдруг возник никогда не виденный мной лист плотной желтоватой бумаги, на котором странным, но явно рукописным шрифтом было выведено «Заклятие на оружного человека, дабы оружие держать не мог».
И я начал диктовать Гротте:
– Маленькую плитку, или горелку, или спиртовку… Две широкие, мелкие металлические чашки или миски с плоским дном, но не из черного железа… Большой металлический стакан или похожую посудину, но не из черного железа. Две маленькие серебряные ложки… Латунный наперсток… Далее. Бутылку растительного масла… Бутылку рому… По маленькому стакану сахара, молотого черного перца, семени тмина, сухой горчицы, корицы, гвоздики. Кувшин чистой воды. Десять пиявок…
Здесь я замолчал, обдумывая, чем можно заменить зубы болотной гадюки, которые, как я предполагал, вряд ли можно было достать вот так с ходу.
– Две толстые костяные иглы…
Я бросил внимательный взгляд на Гротту, но она не выказала удивления или растерянности, а продолжала спокойно записывать мой заказ тоненьким карандашиком в крошечный блокнот. Я снова прикрыл глаза и продолжил:
– Кусок олова размером с десертную ложку, и… э-э-э… мазь от ожогов… – Я открыл глаза и, чуть подумав, добавил: – Еще надо бы какую-нибудь старую скатерку, накрыть стол. Все это необходимо принести в мой кабинет… как можно скорее.
Гротта закончила писать, убрала в карман блокнот и карандаш и молча вышла из столовой. А через секунду я услышал голос Крохи:
– Что ты собираешься делать?
– Колдовать… – небрежно ответил я, и маленькая фея, ничуть не удивившись, попросила:
– А можно мне посмотреть?…
Эта просьба удивила меня. Кроха и сама, как мне казалось, отлично владела магией, а я только-только начинал осваивать это искусство, причем делал это, основываясь на… некоей странной интуиции, ставшей особенно явственной… «После напитка матушки Елаги!» – неожиданно подсказало мне мое подсознание. И тут же оно подбросило мне новую мысль: «И хорошо, если Кроха будет рядом во время моих магических экспериментов. Если я начну делать что-то уж слишком неправильное, возможно, она меня остановит…»
– Хорошо, – согласился я. – Смотри… Только сядешь подальше от стола, чтобы… чего с тобой не случилось.
Она молча кивнула, словно маленькая девочка, допущенная ко взрослой игре.
Я направился в свой кабинет, а фея, все так же молча, последовала за мной.
Глава 7
…Не занимайтесь колдовством на глазах у маленьких детей, не подавайте им дурного примера!…
Я стоял в кабинете у рабочего стола, заваленного заказанными мной баночками со специями, посудой, емкостями с водой и пиявками… ну и так далее. Чувствовал я себя при этом несколько растерянно, так как вся моя уверенность и неожиданно приобретенные через интуицию знания куда-то подевались, да вдобавок примостившаяся в уголке кабинета на краешке дивана очаровательная фея не сводила с меня внимательных глаз!
Надо было начинать что-то делать, но вот что именно?…
Для начала я решил хоть немного сосредоточиться и успокоиться. Я прикрыл глаза… И тут же расшалившееся подсознание подкинуло мне игривую мысль: «Что-то ты, мой друг, слишком часто прикрываешь глаза… Как бы кто тебя однажды в этот момент не шарахнул по башке!…»
Естественно, я тут же распахнул свои очи, оглядел погруженный в полумрак кабинет и немедленно наткнулся на внимательный, ожидающий и… чуть испуганный взгляд Крохи.
«А ведь она точно так же смотрела на меня перед тем, как мы с ней перенеслись в Солнечный Край», – вдруг подумалось мне, и в то же мгновение я почувствовал, как меня снова окутывает утерянная было магическая мощь, возвращая мне уверенность и силы.
Прямо передо мной, на столе, стояла странного вида горелка, выбрасывавшая между трех изящно изогнутых лепестков подставки синее, чуть шипящее пламя. Я вгляделся в этот огонь, и мне показалось, что я заметил в нем крошечных кумачных чертиков. Ни в чем больше не сомневаясь и ни о чем не задумываясь, я взял одну из мисок и поставил ее на огонь. Затем влил в нее ром, чуть разбавил его водой, всыпал сахар и размешал его. Дав вареву как следует нагреться, я добавил корицы и гвоздики, и через минуту пунш был готов.
Сняв миску с огня, я осторожно поставил ее на край стола и пробормотал над ней несколько понятных, пожалуй, только мне слов. Затем установил над пламенем другую миску и вылил в нее масло. Через несколько минут по комнате поплыл запах конопли… «То, что надо!» – с удовлетворением отметил я, наблюдая, как в глубине масла зависают крошечные пузырьки. Они не поднимались кверху, но их становилось все больше и больше по мере того, как масло закипало.
Тем временем я высыпал в высокий латунный стакан тмин, горчицу и черный перец и все тщательно перемешал, а затем, точно почувствовав время, всыпал эту смесь в кипящее масло и принялся энергично мешать варево. Прозрачное доселе масло сделалось мутным, темно-бурым и на его поверхности образовалась пленка, которую то и дело начали прорывать здоровенные лопающиеся пузыри.