– Чтобы мои глаза вас больше не видели!
Начинаю подниматься по ступенькам и чувствую, как злобные взгляды женщин Айден жгут мне спину. Пусть думают что хотят!
Возле храма не так много людей, я бросаю саквояж на землю и сажусь на ступеньку. Тяжёлые юбки подметают пыль, но меня это мало волнует. В таком наряде ужасно жарко и неудобно...
– Как мило, ты уже начинаешь обзаводиться здесь друзьями, – Лютик садится рядом и щурится, глядя на яркое августовское солнце.
– Хороший был выстрел, – я хвалю кота, а затем хихикаю, откидываясь на колонну, а потом и вовсе захожусь в истерическом смехе, зажимая рот рукой. Получается невнятное хрюканье.
Кот окидывает меня обеспокоенным взглядом.
Я убираю руку ото рта, из горла вырывается всхлип.
– Тебе не кажется, будто у меня из-под носа пытаются украсть будущее?
– Твой Эйнар может и козёл, поверивший клевете, но не кретин. Вряд ли планам этих дур суждено сбыться. Ваш союз одобрен королём Шердании, ты дочь ярла, а не какая-то там графиня или баронесса. Твой сын станет наследником рода Джакар.
Я молчу, понимая, что вряд ли теперь имеет значение моё происхождение. Сфан теперь часть королевства. Так что я ничем не отличаюсь от других знатных и состоятельных девушек. А если и отличаюсь, то не в лучшую сторону.
Спустя несколько минут я встаю. Мой экипаж давно уехал, думаю, дуры Айден тоже уже растворились в толпе. Мы спускаемся с Лютиком обратно на дорогу и ещё полчаса, будто бы наслаждаясь прогулкой, идём по улочкам города.
– Судя по карте, нам нужно свернуть на лесную тропинку где-то за этими зданиями, – киваю я на дома в сотне метрах от нас.
– Мы могли бы воспользоваться заказным дилижансом, – запоздало предлагает Лютик. – Это больше пристало твоему статусу.
– Ага… – бормочу я под нос. – И потерять сутки или двое. Если Эйнар вернётся, а меня не будет в замке, возникнут вопросы.
– Он не сунет нос в женский храм, – весело фыркает кот.
– Этот дракон сунет свой нос куда угодно, – с досадой отвечаю я, сворачивая с дороги. – Наверняка заявит, что я отправилась на поиски новых любовников.
Спустя некоторое время мы уже идём по лесной тропинке, отдаляясь от города. Солнце начинает заходить и уже едва пробивается сквозь густые кроны деревьев. Скоро стемнеет. Приходится идти с осторожностью, вокруг сотни ручейков. Они словно жилы, в которых бежит живительная влага по телу Альвании.
Я останавливаюсь, кладу вещи на упавшее дерево и принимаюсь расшнуровывать ненавистное платье. Быстро переодеваюсь в штаны и рубаху, а волосы заправляю в широкополую шляпу, которую крепко завязываю под подбородком. На ноги надеваю сапоги из тонкой кожи – выглядят богато, но других нет, и к тому же в них есть специальные кармашки, в которых отлично помещаются метательные ножи. Саквояж бросаю под кустом, а вещи складываю в простой холщовый мешок.
Просторная рубаха скрывает грудь, длинные рукава закрывают браслет замужней раани, лишь бёдра слегка выдают во мне девушку, но, быть может, мы почти никого не встретим в пути. Всего сутки… Мне приходилось порой и неделями жить в степи вместе с отцом и его воинами.
– Как я выгляжу?
Лютик вскакивает на пень и критически меня оглядывает:
– Похожа на тщедушного пацанёнка. Так что в целом самое то!
– Тогда вперёд.
Кот спрыгивает с пня, я отхожу, давая ему пространство.
Вокруг Лютика начинает дрожать воздух, магический вихрь подхватывает крепкое тельце кота, а через секунду передо мной уже стоит огромный ноат – степной кот с яркими пятнами на жёлтой шкуре.
Лютик довольный потягивается и ведёт ушами прислушиваясь. В свой настоящей ипостаси он хоть и не разговаривает, зато сильнее, быстрее и выносливее любого животного.
– Эй, – смеюсь я, поднимая с земли свой головной убор.
Ответом мне служит довольное мурчание Лютика.
– Запомни, если кого-то увидим – тут же в другую сторону. Никто не должен потом болтать, что по местным лесам бегает огромный ноат, – предостерегаю любимца я, забираясь ему на спину.
Лютик прижимается к земле, а затем одним прыжком преодолевает валяющееся на пути дерево. Он несётся вперёд, ловко маневрируя между стволами, наслаждаясь ветром в ушах и свежим лесным воздухом.
Я прижимаюсь к кошачьей холке и прикрываю глаза, полностью доверяясь моему ноату. Мы будто бы снова свободны, и дорога манит нас, обещая неизведанные приключения и другую, далёкую от терзающих сердце проблем, жизнь.