Вампир коротко, почти небрежно, ответил:
— Не вопрос.
С лёгкостью, будто поднимал не тушу кабана, а пушинку, он вскинул добычу на руки. Мускулы под тонкой тканью рубашки едва заметно напряглись, но лицо оставалось бесстрастным — словно тяжесть вообще не имела для него значения. В ночном воздухе повисла густая тишина, нарушаемая лишь редким шелестом листвы да отдалённым криком ночной птицы.
— Куда его оттащим? — задумчиво проговорил он, оглядываясь по сторонам. — В идеале — подальше от жилища и от водоёмов. Не думаю, что нам нужны гости и загрязнённая в перспективе вода, которую можно использовать для других нужд.
Освободив на миг одну руку, он бросил взгляд на ладонь: та оказалась измазана тёмной, почти чёрной в лунном свете кровью животного. Без лишних слов вампир плавно вывел в воздухе пару простеньких рун — линии вспыхнули тусклым багровым светом, тут же растаяв в темноте. Откат не заставил себя ждать: лёгкая слабость пробежала по телу, заставив его на долю секунды сжать зубы. Но он тут же замаскировал это мимолетной улыбкой, будто просто наслаждался ночной прохладой.
— На время запах крови животного не будет кем либо замечен, — пояснил он, слегка кивнув в сторону туши. — Но нужно будет почистить место охоты. Боюсь, против обоняния волков или других хищников этого фокуса не хватит.
— Думаю, чуть дальше в лес пройти — и там разделать будет отлично, — сказала я, внимательно оглядываясь по сторонам. Лунный свет пробивался сквозь кроны, рисуя на земле причудливые узоры из света и тени. Каждый шорох заставлял меня вздрагивать — лес жил своей таинственной жизнью, и я чувствовала, как его дыхание касается моей кожи.
Я посмотрела на вампира, кивнула в ответ на его слова о необходимости убрать следы крови:
— Да, тут верно. Нужно будет убрать кровь отсюда, а не то незваные гости придут по запаху.
Направившись вглубь леса в поисках подходящей поляны, я шла настороженно, чутко прислушиваясь к каждому шороху. Велирий следовал за мной, крепко держа тушу кабана. В его походке не было ни капли усталости — лишь плавная, почти хищная грация. Я видела, как он старается не показывать, как ослабило его то простенькое заклятие: мышцы плеч чуть напряглись, а в глазах мелькнула тень усталости, тут же скрытая за маской безразличия.
В какой то момент вампир, похоже, расслабился, решив, что никому нет дела до двух путников в ночном лесу. Но это было ошибкой.
Внезапно я услышала волчий вой — он приближался, нарастая, словно эхо далёкой бури. Звук прорезал тишину, заставляя кровь стынуть в жилах. Велирий замер, его пальцы крепче сжали тушу.
— Как знал, что волки могут обмануть моё заклятие, — проворчал он, бросая тушу под ноги и с лёгким звоном вынимая меч из ножен. Сталь в лунном свете казалась почти голубой, словно впитала в себя холодный свет ночи.
Не теряя ни секунды, я опустилась на колено перед кабаном, достала кинжал и резко резанула по горлу зверя. Кинжал вошёл словно в масло — через мгновение голова кабана была у меня в руках. Вскочив на ноги, я зашвырнула её как можно дальше, сбивая волчью стаю со следа. Движение вышло резким, почти звериным — я чувствовала, как адреналин обжигает вены.
На миг луна скрылась за тучей — и в этой кромешной темноте мои глаза, казалось, засветились голубым. Не человеческим, а каким то древним, диким светом, будто в них отразилась сама ночь. Но мгновение прошло, и свет вновь озарил лес, превратив тени в причудливые фигуры, танцующие на земле.
Я тут же повернулась к туше, схватила её за ноги и потащила вглубь леса. В голове крутилась мысль: «Если я правильно всё помню, так, растягивая кровь по лесу, можно сбить со следа любого хищника». Руки дрожали от напряжения, но я не позволяла себе остановиться. Решимость не покидала меня — я не собиралась делиться добычей с лесными обитателями.
Велирий, воспользовавшись своим магическим даром, быстро оценил обстановку. Его глаза сузились, зрачки на мгновение вспыхнули алым, словно в них разгорелось пламя.
— Это волколюд. Вернее, волкодевушка. И она… знакома мне, — произнёс он, и в его голосе проскользнула нотка удивления.
Словно в подтверждение его слов, из чащи вылетела волчица. Она бежала легко, будто играючи, но в каждом движении чувствовалась уверенность хищника, знающего свою добычу. В прыжке она обернулась человеком — и с радостным писком сбила вампира с ног. Её волосы, тёмные, как ночь, разметались по плечам, а глаза светились янтарным огнём.
Он, ошарашенный, едва успел убрать клинок. Лежа на траве с неожиданной гостьей, Велирий пытался вспомнить, кто она. Его лицо на мгновение исказилось от смеси удивления и узнавания, а затем расслабилось в улыбке.