клятвы, произнесённые на языках, забытых людьми;
законы клана, высеченные в камне времён.
Я видела себя среди них – не сейчас, а в будущем. Видела, как моя тень сливается с тенями предков, как их сила становится моей силой.
Когда я открыла глаза, руны уже исчезли, а брат смотрел на меня с одобрением. В его взгляде читалось нечто большее, чем просто признание моих успехов – в нём была надежда.
– Хорошо. Ты уловила суть. Теперь попробуем что‑то более сложное.
Он отошёл на несколько шагов и резко взмахнул руками. Воздух вокруг него задрожал, и в следующий миг он исчез, превратившись в размытый силуэт. Через мгновение передо мной снова стоял юноша, но теперь его одежда была иной – из мерцающей ткани, украшенной драконьими узорами, которые пульсировали, словно живые.
– Это маскировка. Мы можем менять не только облик, но и то, что на нас надето. Попробуй повторить.
Я сосредоточилась, представляя себе лёгкое платье из серебристой ткани. Энергия потекла по венам, тёплая, почти осязаемая. Я чувствовала, как уютная одежа уступает место мягкой материи, как магия сплетает нити из света и воздуха. Открыв глаза, увидела, что мой наряд действительно изменился – он струился по телу, словно сотканный из лунного света, переливаясь при малейшем движении.
Брат хлопнул в ладоши:
– Отлично! Ты быстро учишься. Но самое важное впереди. Думаю на сегодня хватит, Давай отравим тебя домой.
Он сделал жест рукой, и пространство вокруг начало мерцать, словно ткань реальности рвалась под напором магии.
– Повторяй за мной: «Путь домой закрыт, путь в мир открыт».
Я произнесла слова, и в тот же миг пейзаж вокруг растворился. Деревья, поток, руны – всё исчезло в ослепительной вспышке. Когда зрение прояснилось, я снова лежала в кровати рядом с Велирием. Он спал, слегка нахмурившись, будто чувствовал моё отсутствие.
Осторожно коснувшись его плеча, я прошептала:
– Я вернулась.
Он зашевелился, приоткрыл глаза и сонно улыбнулся:
– Где ты была? Я проснулся, а тебя нет…
Я прижалась к нему, чувствуя, как уходит напряжение, как тепло его тела прогоняет последние тени сна.
– Просто отходила проверить малышей. Но теперь всё хорошо. Я рядом.
Велирий обнял меня крепче, уткнувшись носом в волосы. Его дыхание было ровным, успокаивающим.
– Главное, что ты здесь.
За окном медленно рассветало. Лучи солнца пробивались сквозь занавески, рисуя на полу золотые узоры. Я знала: впереди ждут испытания, враги, тайны, которые придётся раскрыть. Но теперь у меня было то, чего не хватало раньше – понимание своего происхождения и поддержка того, кто принял меня такой, какая я есть.
И где‑то в глубине души я чувствовала: это только начало.
Пути раздваиваются
Эми
Я продолжала тренироваться до последнего вздоха, пока мышцы не налились свинцовой усталостью, а дыхание не стало прерывистым. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая скалы в янтарные и медные тона. Опустившись на тёплый, ещё хранящий дневное тепло камень, я закрыла глаза, пытаясь унять бешеный ритм сердца. Когда вновь открыла их, то встретилась взглядом с братом – он присел рядом, и в его глазах, глубоких, как горные озёра, плескалась неподдельная забота.
– Тебя нужно будет отвести в родовое гнездо, – произнёс он тихо, и голос его, обычно звонкий и решительный, звучал непривычно мягко. – Там ты будешь жить, там будут расти твои дети. Все мы выросли в этом доме – в стенах, пропитанных историей нашего рода. После того как ты унаследуешь титул королевы драконов, кланы склонят перед тобой головы. Там тебе предстоит выбрать партнёров, чтобы продолжить род. Не смотри на меня так – это необходимо. Только так мы сможем вернуть былую мощь драконов, возродить то величие, что было утрачено поколениями.
Я невольно улыбнулась, пытаясь разрядить тяжесть его слов:
– Звучит как гарем.
Брат рассмеялся – звонкий, искренний смех разорвал напряжённую тишину, и на мгновение мир снова стал лёгким и простым. Но веселье быстро угасло: я опустила взгляд, чувствуя, как внутри зреет вопрос, давно терзавший душу.
– Расскажи мне про отца, – попросила я едва слышно. – Я почти ничего о нём не знаю.
Он вздохнул, и в этом вздохе прозвучала целая история – тёплая, горькая, родная. Взгляд его уплыл куда‑то вдаль, словно сквозь годы.
– Он чудесный отец, хоть как глава рода порой безалаберный. Вечно пропадает в деревне неподалёку от поместья – то в барах, то в домах для утех.
Мама, конечно, злится и, когда приволокёт его домой, крепко ругает. Но он действительно любящий и заботливый. Когда он сказал мне, что у него есть дочь на стороне, я так хотел тебя увидеть! Старшие сёстры вечно заняты, пропадают со старшими братьями… В лесу я так и не нашёл твою маму, а потом понял – она ушла. Отец был подавлен: он хотел, чтобы ты родилась здесь, на родине, а не в том ужасном месте. Но сейчас я рад, что встретил тебя. Теперь никуда не отпущу.