Закончив, отнесла мясо в подвал. Холод там стоял такой пронзительный, что я невольно передёрнула плечами. Кто же жил в этом доме до нас и так всё обустроил? В каменных нишах лежали запасы сушёных трав, вяленого мяса и кореньев – словно кто‑то заранее готовился к долгой зиме. Вернувшись в комнату, потёрла озябшие руки.
– Надо бы Велирия разбудить… – пробормотала я, глядя на мирно спящего товарища. – Хотя я сама ужасно устала после тренировки. Наверное, лучше тоже поспать.
Опустилась за стол, положила голову на скрещённые руки. Котёнок, всё это время крутившийся рядом, тут же прыгнул ко мне на колени, уютно устроился и начал мурлыкать. Не успела я и глазом моргнуть – тяжесть усталости накрыла с головой, и мы обе провалились в сон.
И вдруг – словно резкий толчок, будто кто‑то дёрнул за невидимую нить. Я открыла глаза и обнаружила, что нахожусь под магическим куполом. Воздух вокруг мерцал, словно сотканный из звёздной пыли, а пространство искажалось, создавая причудливые блики. Рядом – Велирий, его лицо было бледным и напряжённым, и… Госпожа Смерть.
Протёрла глаза, пытаясь осознать происходящее. Сердце бешено колотилось, а мысли путались.
– Где это я?..
В следующий миг всё встало на свои места. Воспоминания нахлынули волной: купол, созданный магией Смерти, её неизменный чёрный плащ, сотканный из теней, и глаза – глубокие, как бездонные озёра, в которых тонули миры. Я встала и, не раздумывая, обняла её:
– Тетушка Смерть, давно тебя не видела! После того как сбежала из дворцовых воинов, мы не встречались. Как тебе мой последний подарок – король? Я ведь убила его элегантно, как ты учила.
Я вовсе не боялась её. Она стала мне почти как мать – строгая, но справедливая наставница, которая когда‑то взяла меня под своё крыло. Когда я впервые попала в её царство, меня учили быть леди: следить за манерами, двигаться грациозно, даже убивать – красиво и аккуратно. В начале службы во дворце я была больше похожа на мальчишку: рубила грубо, оставляла множество ран, и души приходили к Смерти израненными, изувеченными. Тогда‑то она и отчитала меня за неподобающий вид и манеру боя.
– Ты словно дикая кошка, – сказала она тогда, и в её голосе не было злости, лишь лёгкая печаль. – Но кошка может быть грациозной. Научись убивать так, чтобы душа покидала тело без мук. Это и есть истинное искусство.
С тех пор я старалась соответствовать её урокам. И сейчас, рассказывая о короле, я ждала её оценки – не похвалы, нет, а того особого взгляда, который означал: «Ты на правильном пути».
Велирий
Появление Эми в моём сне стало приятной неожиданностью. Ещё больше удивили два маленьких хищных котёнка: они, увидев друг друга, тут же затеяли догонялки, ловко петляя между искрящимися всполохами магического костра. Их черная шерсть переливалась в причудливом свете, а глаза горели азартным огнём. Они то замирали, прижав ушки, то резко срывались с места, чудом уворачиваясь от летящих искр.
Госпожа Смерть встретила воспитанницу тёплой, почти материнской улыбкой. Плавным жестом, исполненным неземного достоинства, она пригласила Эми разделить с нами уют лагеря. Я, усмехнувшись про себя, помог девушке усесться между мной и Покровительницей. Она придвинулась ближе, и я ощутил едва уловимый аромат луговых трав, всегда сопровождавший её.
Повисла тишина – глубокая, почти осязаемая. Никто не решался нарушить её: ни Божество, чьё присутствие наполняло пространство тихой мощью, ни я, поглощённый созерцанием этой необычной сцены, ни даже котята, которые наконец угомонились и свернулись клубочками у ног Смерти.
Наконец я собрался с духом и решился задать вопрос, который жёг мне язык:
– Как так вышло, что вы… знакомы?
Меня по‑прежнему поражала та лёгкость, с которой Эми общалась с воплощением одной из величайших стихий. В её манере не было ни раболепного трепета, ни напускной бравады – лишь искренняя привязанность и глубокое уважение.
Эми, словно прочитав мои мысли, улыбнулась – светло и чуть лукаво:
– Не смотри на нас так. Мы знакомы со времён начала войны. Тетушка Смерть учила меня быть леди и убивать так, чтобы к ней не приходили истерзанные души. Мой меч не просто рубит тело – он рассекает и душу. За время обучения мы… привязались друг к другу. Можно сказать, стали семьёй.
Она повернулась к Смерти, и в её глазах светилась такая неподдельная радость, что даже суровое божество едва заметно смягчилось.
– Тетушка, я нашла свою семью. Хоть она немного странная, и мне пока сложно её понять.