Естественно, короля разбудили. С вооружёнными мечами, алебардами и копьями опытными солдатами дитю ночи и дня пришлось нелегко. Они сражались молча, не зовя на помощь, словно призраки, исполняющие древний обряд. Лязг оружия, глухие удары, прерывистое дыхание — всё слилось в жуткую симфонию смерти, где каждый звук был нотой в этой мрачной мелодии. Я уворачивалась, ныряла под взмахи клинков, чувствовала, как остриё проносится в миллиметре от кожи, оставляя после себя ледяной след. Каждый миг мог стать последним, но адреналин гнал вперёд, превращая страх в холодную ярость, которая пылала в груди, как неугасимый огонь.
Это был уже старый, но похотливый король — из его постели в панике выбежала молодая обнажённая девушка. Её крик разорвал тишину, но тут же оборвался, заглушённый хаосом битвы. Чтобы добраться до кровати правителя, мне пришлось убить двоих стражников. Их глаза, полные недоумения и боли, навсегда застыли в моей памяти, как немые свидетели моего преступления. Скривившись от отвращения, я пробежала по стене — пальцы впивались в камень, ноги отталкивались с силой, достойной дикого зверя — и оказалась у постели короля. Занесла клинок, чтобы нанести смертельный удар, но в этот момент вмешался стражник. Его меч свистнул в воздухе, и мне пришлось отпрыгнуть, развернуться, парировать удар. Сталь звенела, как разбитые колокольчики, а в глазах противника читалась отчаянная решимость — он знал, что это его последний бой. Несколько мгновений — и он рухнул, а я вновь занесла клинок.
Наконец остриё пронзило сердце старого короля. Его глаза широко раскрылись от изумления — он явно не ожидал предательства от той, кому доверял. Кровь хлынула из раны, окрашивая белоснежные простыни в густой алый цвет, словно художник, рисующий последнюю картину. Король попытался что‑то сказать, но лишь хрип вырвался из его горла, слабый и беспомощный. Его пальцы судорожно сжали покрывало, а затем безвольно опустились, как листья, опавшие с дерева.
Вспомнив о фаворитке уже бывшего монарха, я поняла: её нужно остановить. Велирий, словно тень, нагнал девушку, закрыл ей рот рукой и утащил за угол. Там он пустил ей кровь, утоляя свой голод, но не обращая её в себе подобного — для этого требовался особый ритуал, тайный и сложный. Чтобы сохранить невежество людей, он накинул на её спящее тело мертвенную бледность, которая исчезнет лишь спустя солнечный оборот. Её лицо, ещё мгновение назад полное жизни, теперь казалось маской из воска, холодной и безжизненной.
Простыни окрасились алым, а выражение лица короля навсегда запечатлелось в моей памяти — смесь шока и недоверия, словно он до последнего не мог поверить, что его конец пришёл так внезапно. Когда я вынула клинок из его сердца, полумёртвый король сорвал с моей шеи кулон и испустил последний вздох. Металл в его пальцах блеснул в свете факела, как насмешка судьбы, но забрать кулон из рук мертвеца времени не было — стражник наконец позвал помощь. Гул голосов и топот ног приближались, словно приливная волна, готовая поглотить нас, сметая всё на своём пути.
Я метнулась к окну, Велирий последовал за мной. Впереди ждала неизвестность, но сейчас главное было выжить — выжить, чтобы увидеть рассвет, который, возможно, станет началом новой эры.
— Отлично, теперь покончим с этой войной навсегда, — произнесла я, вставая. Голос звучал твёрдо, хотя внутри всё ещё бушевал ураган эмоций: смесь триумфа, тревоги и горького осознания того, что совершённое не стереть из памяти.
С улыбкой я посмотрела на вампира и одним прыжком оказалась рядом с ним. Меня порой пугала скорость вампиров, но в то же время она восхищала — Велирий двигался так, словно время для него замедлялось, а мир вокруг превращался в размытые очертания. Осмотрев лежавшую стражу, я чётко услышала приближение помощи — топот сапог, резкие окрики, лязг оружия. Похоже, они уже нашли труп фаворитки короля. Ну и ладно. Пусть разбираются с тем, что осталось.
Я вновь взглянула на парня и осторожно выглянула в окно. Нужно было убедиться, что траектория верна. Внизу раскинулся город — тысячи огней, словно звёзды, упавшие на землю, мерцали в ночной тьме. Где то там ждали наши союзники, где то там начиналась новая глава. Но сейчас главное — выжить. Выжить, чтобы увидеть рассвет, который, возможно, станет символом иного будущего.
— А теперь бежим!
Взяв его за руку, я потянула к окну, и мы прыгнули вниз. Ветер свистнул в ушах, на мгновение мир перевернулся, мы приземлились бы в пруд, почти вплотную примыкавший к дворцу, — его гладкая поверхность, как зеркало, отражала огни и тени.