— Господа, прошу за столы! — гостеприимно пригласила я. — У нас мясняшки и свежесваренный кофе.
Большой Джон, который вынес целый поднос с мясняшками, посмотрел на меня очень выразительно, словно хотел изречь сакраментальное “Я же говорил, надо расширяться!” Полицейские заняли все столики, а капитан сказал:
— Мясняшки это вещь. А то устали, как собаки, и еще кишка кишке колотит по башке. Сколько с нас, хозяюшка?
— Сегодня нисколько, вы спасли наш поселок от грабителей и убийц, — ответила я, и Алпин вытаращил глаза так, будто хотел мне показать, что я схожу с ума. — А если будете приезжать к нам за хлебом и круассанами, то каждому дам именную скидку в десять процентов.
Пускай меня бойкотируют шинские куры, на здоровье. Найду покупателей в других местах, тем более, что в Шин ездят за выпечкой из соседних поселков.
— Я точно буду, — заявил один из полицейских званием пониже, который в один укус заглотил мясняшку. — Угощение просто огонь, хозяюшка! Нельзя ли добавки?
На лице Большого Джона почти проступили его сердитые мысли: полицейские известные обжоры, их только примани и разоришься через неделю.
— Добавку все возьмем, — сказал капитан, — но уже за ее цену. Угощением нельзя злоупотреблять!
Вот и хорошо. Господа офицеры смели почти все мясняшки и Джон торопливо взялся за новую партию, а в пекарню слетелась стайка покупательниц: девицы на выданье со всего поселка брали круассан на двоих или булочку и отчаянно кокетничали и стреляли глазками.
В общем, дело, казалось, пошло на лад, но ровно в половине двенадцатого в пекарню вкатилась вдова Тимоти, злобно зыркнула в мою сторону и пропела медовым голоском:
— Как хорошо, что здесь полиция! Наконец-то эту негодяйку арестуют за воровство!
Господа офицеры, которые расслабились в тепле, невольно собрались. Я устало вздохнула и сказала:
— За такие речи и ответить можно, госпожа Тимоти. Статья сто пятнадцать общего Гражданского кодекса, оскорбление личности при свидетелях. Статья двести два, там же: лжесвидетельство.
Вдова только фыркнула.
— Я все видела! Я все знаю! Из-за тебя двое порядочных людей сидят за решеткой! А Ристерд никого не слушает, видно, ты уже успела его умаслить! Господа офицеры, — вдова обернулась к столикам. — Она ограбила своего мужа! Забрала половину денег, а разве она их заработала? Сидела в столице нахлебницей, ногти полировала.
Неудивительно. Кевин и свекровь так орали, что теперь весь посёлок в курсе моих семейных дел.
Мне сделалось горько и обидно. Кевин разрушил нашу семью, унизил меня, что ж, по мнению вдовы Тимоти, я должна была уйти из его дома голая и босая?
— Это совместно нажитое? — поинтересовался капитан. Я кивнула. — Ну и о чем тогда крик? Что вместе нажито, делится поровну, исключая личные подарки. Да и вам, уважаемая, что за печаль?
Некоторое время вдова смотрела на капитана и пыхтела так, словно в ней закипал маленький чайник.
— Я законопослушная гражданка! — выкрикнула она. — Я не смею оставаться в стороне, когда кругом творятся преступления и царствует порок! Я..!
Она охнула. Застыла, открывая и закрывая рот. А потом заорала.
Никто не обратил внимания на Орана. Даже я. А он бесшумно вышел с ведром для отходов в руках и вылил на голову вдовы содержимое.
— Хулиганство, — заметил один из офицеров.
— Можете меня арестовать, — с достоинством откликнулся Оран. — Но я дракон, а она моя истинная. И я готов повторить этот номер столько раз, сколько потребуется.
Вдова, которая до этого голосила, как банши, что почуяла свежего покойника, осеклась. Стряхнула с головы яичную скорлупу и с нескрываемым ужасом уставилась на нас. Оран опустил ведро.
— И требую немедленных извинений, — холодно произнес он. — Моя истинная приехала только вчера, а уже столкнулась с фонтаном оскорблений и клеветы. Что вы там говорили о хулиганстве, офицер?
— А то и говорил, — откликнулся капитан. — У таких вот обличающих свое рыльце в пушку как правило. Сейчас и проверим, с чего вы на самом деле так взвились.
— Что значит “Она твоя истинная”? — спросила вдова, не обращая внимания на стражей порядка. Очередная стайка девиц, забежавшая за круассаном, застыла в дверях, переглядываясь и уже перекатывая на языках новую сплетню, потрясающую воображение.
А я надеялась, что приеду в родные края и буду жить тихо и спокойно… Не дождетесь!
— Как это истинная..? — прошелестел слабенький голосок кого-то из девушек.
Оран поставил опустевшее ведро на пол и расстегнул рубашку. За ночь узор из перьев на его груди потемнел и теперь был похож на татуировку, но стоило дракону показать его, как рисунок вспыхнул огнем.
— Вот доказательство, — ответил Оран. — Такой пламенный рисунок проступает, когда дракон встречает свою истинную пару, женщину, созданную для него небесами.
С кокетливой круглой шляпки вдовы слетела луковая шелуха, но та даже не заметила.
— Истинная пара, значит, — прошипела вдова. — Ну ничего-ничего! Найду я на вас управу!
— Сперва расплатитесь за разбитую витрину! — насмешливо заявил Алпин. — Ущерб я подсчитал, две сотни крон. Изволите выплатить наличными или чеком?
Вдова Тимоти сверкнула глазами так, словно проклинала ту минуту, когда вошла в мою пекарню, желая вытребовать бесплатное.
— Вы меня ещё не знаете, — прошипела она, тряся узловатым указательным пальцем перед носом Алпина. — Но вы меня ещё узнаете!
И вылетела из пекарни, едва не сбив орков, которые пришли за обожаемыми мясняшками.
Работа закрутилась. Я быстро убрала все, что натекло с вдовы, вымыла руки и присоединилась к Алпину за кассой. В её раскрытой пасти звенело весьма заманчиво: полицейские расплатились щедро. А орки сметали мясняшки так, словно не ели примерно никогда, так что я смогла подойти к Орану только, когда пекарня опустела.
— Спасибо, что заступился за меня. Это было впечатляюще.
Оран лишь улыбнулся с привычной сдержанностью. Сейчас тесто для бубликов и клубничный крем интересовали его намного больше.
— Джон предложил вылить на нее тесто пожиже. Но я не мог на это пойти, сама понимаешь.
— Понимаю, — я кивнула и, сжав его руку, благодарно прикоснулась губами к щеке. — Как думаешь, нас когда-нибудь оставят в покое?
Оран неопределенно пожал плечами.
— Поселковые сплетники. Мой бывший дом. Тот, кто хочет тебя убить, — перечислил он. — Многовато, чтобы рассчитывать на спокойную жизнь в ближайшем будущем.
— Но мы справимся, правда? — спросила я, уже зная ответ, и Оран кивнул.
— Обязательно. Когда рядом с драконом его истинная пара, они способны перевернуть мир.