— Дракон-отец всегда знает, когда его женщина ждет ребенка. Между ним и… — он нахмурился, прикидывая, — и нашей девочкой сразу же закладывается связь. Тонкая золотая нить.
Я подозрительно посмотрела на него: шутит? Нет, совершенно серьезен.
— Значит, девочка? — уточнила я, и Оран улыбнулся.
— Да. Маленькая девочка с моими волосами и твоими глазами. Но потом надо еще пару девочек или мальчиков. У драконов большие семьи.
Я кивнула. Семья Орана узнала о снятии проклятия — Киллиан видел все своими глазами и рассказал в подробностях, вернувшись в столицу — и не задавала нам вопросов. Нас оставили в покое: видно, клятва Орана удовлетворила всех. В газетах упомянули, что Луавера возглавила музей — что ж, драконы всегда получают желаемое, это всем давно известно.
Главное, что дом Боллиндерри не интересовался нами.
— Возлюбленные дети мои, — произнес священник и в храме воцарилась благоговейная тишина. Даже вдова Тимоти перестала рассказывать соседке о том, как сама выходила замуж. — Мы собрались здесь, чтобы сочетать законным браком Орана из дома Боллиндерри и Джину Сорель, леди Макбрайд.
Мы с Ораном переглянулись. Волнение кипело в крови, словно я залпом осушила бокал южного вина.
— И я хочу спросить тебя, Джина, — священник посмотрел в мою сторону, и я некстати вспомнила, как наемники Луаверы едва не убили меня на пороге храма. — Согласна ли ты взять в мужья Орана из дома Боллиндерри, любить его, хранить ему верность в счастье и несчастье, пока ваш общий путь не прервется?
Вдова Тимоти всхлипнула и сказала, что вот так же ее спрашивали в былые времена.
— Согласна, — улыбнулась я.
— А ты, Оран? Согласен ли ты взять в жены Джину Сорель, леди Макбрайд, любить ее, хранить ей верность в счастье и несчастье, пока ваш общий путь не прервется?
— Согласен, — отчеканил Оран. — Другого ответа и быть не может.
— Тогда, перед лицом Господа нашего и достойных свидетелей объявляю вас мужем и женой! — произнес священник. — Любите друг друга, живите долго, живите счастливо!
Это стало знаком для поселян — нас сразу же принялись закидывать рисинками, на долгую и богатую жизнь. Мы с Ораном поцеловались — уже супружеским поцелуем — и я подумала: надо же, чтобы встретить свое счастье, мне однажды надо было застать мужа с любовницей!
Конец.