Фирниор, умница, даже не подумал отреагировать на слова Мэйгина. Он просто спокойно предоставил драконне вести разговор, сам предпочитая не вмешиваться. Но если принц и был разочарован тем, что ему не удалось вывести из себя одного из противников, он никак этого не показал.
Смешно, в самом деле, не мог же Мэйгин надеяться уйти от погони пешком через лес. Головы он не терял, как Айриэ ошибочно предположила, наоборот, действовал расчётливо. Видимо, и правда, надеялся на какой-то полученный от своего приятеля-демона амулет. Но Айриэ в любом случае не собиралась снимать щиты, а они уберегут от любой атаки. И если понадобится, драконна ударит на поражение. От смертоносного заклинания демонская защита не спасёт, это не слабое обездвиживающее заклинание. Но пока принц настроен поговорить, пусть высказывается. Возможно, сообщит что-то интересное.
— Король Шингар, кажется, не собирался убивать вас, Мэйгин, — резонно заметила Айриэ.
— До поры, мэора, только до поры. С Шингаром, увы, никогда не можешь быть ни в чём уверенным. Знаете, каково это — всю жизнь находиться на подозрении у собственного брата? Юнцом я ещё пытался что-то доказать, как-то повлиять на его болезненную убеждённость в том, что я непременно его предам, рано или поздно. И знаете, мэора магесса, в один прекрасный день мне это надоело. Я подумал: раз он так убеждён в том, что я хочу занять его трон, не стану его разубеждать. Просто буду играть осторожно и наверняка. Удача улыбается тем, кто сумеет её взнуздать.
— Я бы не назвала сделку с демоном удачной, принц. Да и осторожностью это не является.
— Но вы же, мэора, отказались мне помочь, причём не только за себя, но и за весь ваш Орден. Ну что вам стоило согласиться, а? И не было бы всех этих неприятностей.
— Принц, насколько я понимаю, предлагая Ордену свергнуть вашего брата, вы к тому времени уже успели заключить сделку с демоном.
— Правильно понимаете, мэора. — Он снова одарил собеседницу неприятной усмешкой. — Но если бы вы согласились мне помочь, я тут же сдал бы вам Заккараса со всеми потрохами, клянусь! Сказал бы вам, что нарочно согласился на предложение демона, что мне угрожали смертью… Проверить мои слова было бы затруднительно, да я и в самом деле всерьёз рассматривал этот вариант. Поверьте, Нидайра, вы в качестве союзника устраиваете меня гораздо больше. Лучше иметь дело с людьми, нежели с приблудной кровожадной тварью.
— Мне следует считать себя польщённой? — приподняла брови Айриэннис.
— Как вам будет угодно, мэора. Но демон слишком неуравновешен и просто помешан на жажде власти.
— А вы разве нет? — невинно поинтересовалась Айриэ.
Принц засмеялся, проведя ладонью по лицу.
— Каюсь, я люблю власть, люблю дёргать за невидимые ниточки, заставляя окружающих делать то, что мне нужно. Правда, вы оказались достойным соперником и делали то, что было угодно вам, а мне лишь приходилось подстраиваться. Признаться, тогда в Сигмале вы меня изрядно напугали, Нидайра. Я думал, вы подобрались опасно близко, да и Заккарас советовал избавиться от вас поскорее. Жаль, что та бездарная блохастая тварь не прикончила вас в болотах.
— У него не было шансов, Мэйгин. Да и у вас этого не получится.
— А это мы ещё посмотрим, мэора… Хотите знать, почему я связался с демоном? Он подвернулся мне, можно сказать, случайно. Оказался в нашем мире, мечтал здесь остаться и завоевать его… Наивный дурачок, которого оказалось легко обвести вокруг пальца. Правда, он хотел бы завладеть моим телом, но я убедительно доказал ему преимущества длительного взаимовыгодного сотрудничества. Он помогает мне занять трон, я взамен помогаю ему, так сказать, вырастить с помощью магии новое демонское тело, ибо прежнего он лишился в первые дни пребывания в Акротосе. Заккарасу посчастливилось, что, когда его случайно затянуло в открывшийся портал, при нём оказался древний мощный артефакт. Я не вникал в подробности, мэора, но эта вещица привязывает к себе дух демона и позволяет ему на пару-тройку месяцев вселяться в любое человеческое тело, чей хозяин не сопротивляется, по той или иной причине. Потом тело неизбежно разрушается, и демону приходится искать себе новую шкурку. Но главная неприятность для Заккараса заключалась в том, что помимо вместилищ для его духа, ему непременно требовался «якорь», «маяк» — называйте как угодно — то есть человек, который будет осуществлять привязку демона к этому миру. Для этого требовались специальный ритуал и, самое главное, добровольное согласие этого человека. У Заккараса за несколько лет было три «якоря». Разбойник, вознамерившийся занять место атамана, крестьянин, жаждавший золота, и глупая девица-простолюдинка, возмечтавшая непременно выйти замуж за графского сынка. Ужасно, правда? До чего мелки люди и их желания, просто поражаюсь! — лицемерно покачал головой Мэйгин. — Неудивительно, что Заккарас быстро терял терпение, выполняя глупые прихоти глупых людишек, и убивал их, как только находил нового кандидата на роль «якоря».