Подчинённый демону конопатый привёл их к развалинам давно заброшенного каменного дома, когда-то бывшего обиталищем дворянской семьи или очень богатого торговца. Если Айриэ правильно помнила однажды услышанную на замковой кухне историю, с этими местами была связана какая-то тёмная и страшноватая история — с ритуальными убийствами, кровожадным упырём и невинной девой, ставшей его жертвой. В общем-то, подобных историй драконне доводилось слышать немало, где бы она ни оказывалась, так что и эту жуткую сказочку она большей частью пропустила мимо ушей. Как бы то ни было, богатый, добротный каменный дом оказался заброшен по какой-то причине и долгие годы стоял никому не нужный, медленно ветшая и разрушаясь. При доме когда-то имелись цветочные клумбы причудливых очертаний и ухоженный парк, но сейчас последний превратился в лесные дебри, заросшие кустарником, а о цветниках напоминали каменные бортики-ограничители, изрядно выщербленные и позеленевшие от времени.
Занесённая снегом аллея привела к парадному входу. Тёмные кривоватые стволы застыли в бледном свете серенького зимнего утра; только облепленные сероватым лишайником ветви помахивали путникам, не то приветствуя, не то предостерегая от посещения сего зловещего местечка, кто там их разберёт. Стены дома местами стояли, местами обрушились; кое-где провалилась крыша, стёкла каким-то чудом сохранились только в двух окнах. Судя по всему, в своё время заклинание против обветшания дома истончилось и прекратило работать, но никто не озаботился наложить его снова.
На широком каменном крыльце с частично разрушившимися ступенями магессу и её спутника поджидали двое. Давешний конопатый стоял, безразлично таращась куда-то в сторону, и даже появление преследователей не заставило его выйти из тупого оцепенения. Приказа-то от хозяина не поступило. Наскоро проверив паренька, Айриэ убедилась, что он всё ещё человек, а не вместилище для демона. При нём вновь имелся какой-то сильно фонивший чуждой магией амулет, но у драконны и без того наготове имелся мощный щит, активировать который — секундное дело. Ставить щит заранее она не стала, иначе резерв истощится ещё до начала боя.
Второй был в длинном тёмном плаще; откинутый капюшон позволял видеть золотистые волосы, кстати, очень похожие оттенком на шевелюру Фиора. Этот был смазливым, чернобровым, голубоглазым, с ямочками на щеках и в целом довольно приятным… оставайся он человеком. От этого типа демонской магией несло так, что Айриэ даже поморщилась, будто это причиняло физический дискомфорт.
Присутствия человеческой личности в этом… живом трупе не ощущалось, зато демон, судя по всему, чувствовал себя вольготно и комфортно. Раскованная поза, небрежная улыбка на полных ярко-красных губах, насмешливый и презрительный взгляд.
Он не стал размениваться на приветствия или разговоры. Просто ударил мощным и незнакомым Айриэ заклинанием, а драконна активировала защиту за миг до удара, доверившись своему чутью на опасность. Щит выдержал, чуть прогнувшись; Айриэ и Фирниор соскочили с коня. Мужчина вытащил меч и хотел броситься к демону, но Айриэ удержала и яростным взглядом запретила вмешиваться. Умница Шоко сразу отбежал подальше от места схватки, сообразив, что с этими врагами ему не тягаться.
Айриэ ударила противника так называемым «копьём Света» — особым заклинанием, губительным для высших демонов. От этого заклятия не спасала никакая демонская защита… но тело-то у него сейчас было человеческим. Заклинание бессильно отскочило прочь, срикошетив от защитных чар, а демон опять использовал что-то неведомое: сгусток грязно-сиреневого огня, и пламя впервые не подчинилось драконне, хотя огонь был её любимой стихией. Щит вновь уберёг обоих, но выжег большую часть резерва. У Айриэ оставалась магии на один последний удар, и она использовала «драконьи клыки», когда заклинание атакует одновременно сверху и снизу, протыкая цель насквозь и сминая любую защиту. Остатки магии она влила в боевое заклинание, и на защитное уже не оставалось ни капли.
Она поняла, что достала своего противника, только он тоже успел ударить. Одним мигом раньше.
ГЛАВА 14
Пелена перед глазами, мешающая видеть происходящее. Предметы потеряли чёткость очертаний, приобретя взамен клубящиеся лохматые белёсые сгустки.