— Это гром. Начинается гроза, - прошипела Тайронис, - ложитесь спать.
Джеральд опустился на травяную подстилку лицом к выходу из пещерки. Кигэн, свернувшись клубочком, положил ему голову на левое плечо.
- Так надежнее, - подумал он.
Сверкали молнии, слышался гром, завывание ветра и шум дождя. Никто из них не мог заснуть. Тайронис смотрела через пелену дождя на долину. Змееныш тихо лежал, раздумывая над словами братьев и что они хотели ему сказать и не успели. Джеральд боясь потревожить Кигэна не шевелился и вскоре сон его сморил.
Проснулась Тайронис с первыми лучами дневной огненной звезды Аддан. Её мучила жажда. Она выползла к водопаду и напилась воды. Мимо неё беззаботно летали птицы самой разнообразной окраски и размеров. Аодхи подпалив нескольких, насытилась. Устроившись у входа из пещерки, она наблюдала как просыпается долина.
Глава 9. Кронозаврик
Я посмотрел на маму. Наши глаза встретились. В маминых светилась любовь и боль, сожаление и мольба о прощении. В моих – страх, безысходность и протест. Мой ум понимал и не осуждал вожака: гибель одного гарантировала жизнь стаи. Однако душа моя протестовала против такого поступка.
- Как ему не жаль меня, маленького новорожденного малыша. Я не хочу быть убитым этими светящимися шарами. Я хочу жить! – в отчаянии шептал я.
Я посмотрел в сторону вожака. Вспомнил момент рождения: гордость и счастье светились в глазах всей стаи. Сейчас вожак выглядел уставшим и каким-то надломленным. Я понимал, что каким бы уродливым я не был, член его стаи, ему бесконечно больно, но выбора у него было.
Я посмотрел на своих братьев и не увидел ни сочувствия, ни печали. «Главное, что мы живы», - говорил их вид. Братская любовь, не успев вспыхнуть, моментально пропала. С жалостью и сочувствием на меня смотрели только Нада и Зийя.
Взяв меня в пасть, вожак стаи махнул хвостом и ушел на глубину. Стая двинулась за ним. Глубокие места подземной реки чередовались с мелководьем. Выныривая в очередной раз на поверхность, я обратил внимание на светящиеся зеленым светом растения на камнях. Они внимательно смотрели на нас тысячью глазами.
- За нами наблюдают растения, - громко сказал я, чтобы меня все услышали.
- Этого не может быть, - удивилась Нада.
- Мы в чуждом нам подземном мире, - отозвался Майне.
- Мы им не нравимся, очень не нравимся, - сказал я.
- Чепуха! – с вызовом сказал Форин.
Он быстро подплыл к камням, которые выступали из воды и со всей силы ударил по ним ластами.
- Не смей! –крикнул вожак.
Но было уже поздно. Растения растекались по камням серо-зеленой массой, роняя в воду тяжелые капли зеленых слез. Через мгновение каменные берега засветились ярко зеленым ядовитым цветом, сильно бившим по глазам.
Стая по приказу вожака Майне нырнула на глубину. Волны ярко зеленого цвета мчались за нами. Я крутил головой и смотрел на плывущих кронозавров. Стая начала выбиваться из сил. Река постепенно мелела. Выныривая на поверхность вместе с Майне, я почувствовал, как он напрягся. Повернув голову, я увидел, что серо-зеленый туман продолжает подниматься вверх. В глазах у меня стало всё искажаться. Стены стали окрашиваться в кроваво-красный цвет, появились пульсирующие точки и полосы. Мне стало плохо, в голове зашумело.
- Всем закрыть глаза, - услышал я голос вожака.
Через некоторое время мне стало легче. Я слышал какой-то шум сзади, а потом мы поплыли дальше. Вскоре мы остановились. Было холодно, я начал замерзать.
- Мы в самом начале озера, нам надо переплыть на другую сторону. Это необычное озеро, обратите внимание на его ярко-желтый цвет. Это светятся шарообразные моллюски. Они небольшие, но бьются щупальцами очень больно. Их много, и они могут забить нас насмерть. Действуем по моему плану. Я бросаю доходягу вглубь озера. Все плывут, придерживаясь правой стороны, дальше река, которая заканчивается небольшим озером. Там нас ждет Фоси с едой. «Всем ясно?» —спросил вожак. – Начинаем!
Я в страхе сжался в комочек и почувствовал, как куда-то лечу. Больно ударившись о ледяную воду, я замер. В отчаянии трепыхалась душа, волны ужаса с силой накатывались на меня.
- Наверное это очень больно, когда тебя бьют и рвут на кусочки, - мелькнула у меня мысль. – Это ужасно быть съеденным.