Огневка отшатнулась, решив нажать другой символ. Но внезапно появилось двуногое существо. Глаза встретились с глазами. В одних был приказ, в других – недоумение и любопытство. Моя мама почувствовала, как что-то вгрызается в ее мозг, считывая всю информацию поколений. Далее последовал приказ призвать всех аодхи. Вскоре вся огромная пещера была заполнена змеями. Опустив головы, они ползли в направлении овала и исчезали. Вскоре в пещере не осталось ни одной аодхи. Вот так мы оказались под властью жестокой богини Слайф. Мы, огневки, вольный народ, оказались запертыми в этом горном ущелье. В рабстве! За все эти годы ни одной из нас не довелось увидеть звезды: небо межпространственного горного ущелья постоянно затянуто черными угрюмыми облаками. Некоторые из нас пытались бунтовать, но Слайф жестоко расправлялась с ними: превращая в «чистильщиков». Она замуровывала их в стены скал, и они гипнотизировали свою жертву, отбирая память, иногда разум. Так с нашей помощью богиня набрала себе рабов с разных планет.
Жестокость Слайф не знает границ, никто и ничто ей не указ. Она даже родную мать не пожалела. Тем более у нее есть могучий покровитель – Самай, сын бога Вселенной Нокса.
- Я думаю, все же есть справедливость на свете, - продолжала аодхи. Она рассказала, что вчера богиню принес через врата ее верный слуга Дайглэз. Все лицо богини было в крови, она ничего не видит. К ней срочно вызвали богиню колдовства Сирсе. Она все проклинает какого-то мальчишку по имени Сауней, ястреба и старуху.
У Джиотсану перехватило дыхание, она сильно побледнела, пошатнулась и упала бы, не останови Таффи вовремя свой рассказ.
- Что с тобой? – воскликнула огневка.
- Сауней! – это мой сын, - прошептала Джиотсану одними губами.
- Я так поняла, мальчик ускользнул от нее, и она очень-очень зла. Мне пора, что узнаю, сразу же приползу и расскажу, - прошипела аодхи.
Джиотсану осталась одна. Она в замешательстве оглянулась. Недалеко стояло ведро и лежал веник. Джиотсану принялась за работу.
- Надра, Надра, - услышала она звонкий мальчишечий голос, - я принес вам покушать. Джиотсану не поднимая глаз, кивнула.
Стэф разложил еду.
— Вот это вам передала моя мама, - он указал на мясной рулетик, - ведь она готовит для богини.
Мальчик с искренним участием глянул на сумасшедшую рабыню. Окружающие ее почему-то побаивались, а вот он – нет. Душа его ему подсказывала, что Надра никогда его не обидит. Джиотсану украдкой наблюдала за Стэфом. Чем-то этот мальчик напоминал ей сына. Послышался шорох. К ним по камням приближался малыш тритон. Фиолетово-коричневая шкурка его потускнела. Стэф увидев тритончика, обрадовался.
- Смотри-ка, ты нас нашел, молодец, - он погладил малыша. Джиотсану отщипнула кусочек мясного рулетика и положила на камень. Тритончик быстро его схватил и Джиотсану отщипнула еще. Скоро малыш тритончик довольно урча, забрался на колени к Стэфу, шкурка его заблестела ярким фиолетовым цветом. Вскоре мальчик ушел, а Джиотсану продолжила свою работу. Пролетали дни, недели.
Однажды убирая коридоры недалеко от кухни, Джиотсану услышала крики. Бросив ведро и веник, она поспешила в направлении кухни. Рывком распахнув двери Джиотсану увидела стражника Зарма. Тот высоко приподняв плеть, готовясь нанести удар Стэфу. Кругом стояли работники кухни. Клена, мать Стэфа, сложив руки на груди, громко плакала.
- Сейчас я покажу этому мальчишке как воровать пищу, ты у меня здесь сдохнешь, чтобы другим не повадно было, - в ярости закричал Зарм.
Плеть засвистела в воздухе. Джиотсану молнией метнулась вперед и быстрым движением руки перехватив плеть, стала подтягивать ее к себе. Зарм не ожидавши такого, споткнувшись, чуть не упал. Джиотсану резко дернула плетью и Зарм оказался перед нею. Глаза встретились с глазами. В одних было недоумение и ярость, в других насмешка и угроза.
- Только попробуй что-то сделать со Стэфом и тебе не жить. Ты понял, надеюсь. Я – сумасшедшая и по приказу Слайф меня никто не может тронуть. Ну, а ты? Одним стражником больше, одним меньше. Джиотсану накинув плеть на горло стражника, резко дернула. Зарм захрипел.
- Не оставляй его в живых, - посоветовала ее душа.