- Добрый день, Уна… - этот голос смутно знаком, как и мужчина в сером гражданском костюме. Я моргаю.
Я хочу разглядеть его, но не получается.
Он стоит напротив окна, и солнце светит мне в глаза, стирая черты его лица. Я вижу только костюм. И еще загорелые руки. Белые полосы манжет. Запонки круглые. Они украшены зелеными камнями, и это вдруг кажется неуместным франтовством.
- А ты мало изменилась.
Том?
Быть того не может!
- Томас. Томас Хендриксон, если ты помнишь, - он чувствует мою неловкость и делает шаг навстречу. А я с трудом сдерживаюсь, чтобы не отступить к двери.
Протягиваю руку.
И ее берут, осторожно так, будто опасаясь причинить боль, сжимают.
- Ты изменился, - собственный голос я слышу словно бы со стороны.
- Так… сколько времени прошло.
Он высокий.
Выше меня.
А это случается редко, потому что даже Маккорнак одного со мной роста. Билли, тот был ниже, и это его злило. В том числе и это злило.
Томас.
Надо же… изменился? Или нет? Я не помню. То есть, все помню, кроме лица. И еще то, что он светлым был. И светлым остался. Правда, теперь волосы не торчат дыбом. Аккуратная стрижка.
Правильные черты лица.
И зубы на месте.
- Фарфоровые, - он понял, на что я смотрю, и широко улыбнулся. – Лучше тебе не знать, во что они стали…
- Я…
Сглотнула.
А если… если он здесь? Выгнал Маккорнака из собственного его кабинета. Это ведь не просто так? Приехал из Тампески.
- Успокойся, - мою руку он отпускать не спешил. – Я не собираюсь мстить. Да и… по меньше мере мстить следовало бы не мне. Я был глупым наглым мальчишкой, который вовремя получил по заслугам.
Томас потянул меня, заставив шагнуть к стулу.
- Садись. Пить хочешь? Или, может, попросить, чтобы чаю принесли? Ты выглядишь усталой.
- И грязной.
Не знаю, зачем я это сказала. Наверное, затем, чтобы сказать хоть что-то.
- Есть немного, - его фарфоровые зубы было не отличить от настоящих. – В горах была?
- Была.
- Кто-то…
- Изумруд. Помнишь?
Он покачал головой. Ну да, откуда ему. Местные драконов видели, но издали. И имен знать не могли. А костюм ему идет. И прическа эта. И сам он… матушка сказала бы, что вышел в люди. Вышел. Вижу.
- Мне к горам ходить запрещали.
- А ты слушал?
- В тот раз, когда ослушался, папаша вытащил ремень… он его частенько вытаскивал, порой просто, чтоб мы не забывали, кто в доме хозяин. Но в тот раз… я неделю пластом лежал.
- Мне жаль.
- Пустое, - Томас отмахнулся.
И подвинул бутылку с водой. А я поняла, что дико хочу пить. У меня имелась своя фляга – глупо ходить в горы, не взяв с собой воды, но теперь захотелось именно этой, чистой, из стекла. Она вкусная, наверное. Вкуснее любой другой.
- Пей…
- Чтобы ты не думала всякого… тогда я на тебя злился. Ты и зубы выбила, и по лицу прошлась, - он повернулся боком, и я разглядела тонкую паутину шрамов. Со временем они стали почти незаметны, но не исчезли. – А отец еще добавил. За то, что позорю его… с девчонкой не справился. Не справились. Потом, как узнал, что у меня нож был, так снова добавил. И к дядьке сослал. А дядька у меня из полиции. Он… в общем, выяснил подробности и сказал, что нам повезло, что если бы мы сделали то, что собирались, то сели бы. Он попросил своего приятеля, который в тюремной охране работал, устроить экскурсию. Знаешь… помогло.
Он открыл эту треклятую бутылку.
И подал.
Холодную. С капельками влаги. Такую, что… я взяла.
- Лицо мне подзашили. С зубами, конечно, сложнее. Оказалось, их нельзя делать, пока челюсть не вырастет. Так что злился я долго. Я решил стать копом, чтобы тебя посадить.
- И… как?
Вода к огорчению моему оказалась обыкновенной, разве что чуть пахла лимоном, но запах этот скорее раздражал.
- Как видишь, - он развел руками. – Сперва и вправду в копы пошел. Пару лет патрулировал, потом взяли в отдел по борьбе с мелкими правонарушениями. Там… не повезло наткнуться на один груз.
Я едва не подавилась водой.
…сказать?
Нет, я не настолько наивна, чтобы давать повод.
- И так уж вышло, что перевели, стал заниматься наркотиками, а потом уже и в Бюро предложили.
- И отказываться ты не стал?
Совпадение?
Почему именно он? Из всех треклятых федералов, которые есть в Тампеске, почему именно он?
- Сама видишь. И да, теперь я понимаю, что обязан тебе всем. Не будь того… случая, кем бы я стал?
- Не знаю.
- И я не знаю. И знать не хочу. Я просто рад, что у тебя тоже все хорошо. Хорошо ведь?
Я рассеянно пожала плечами. Наверное, неплохо.
…разве что деньги.
…и дурь, от которой я не избавилась.
Вихо.
Билли? Молчу. Пью воду.
- Какие они, драконы?