Продолжая беседу с герцогом и его сыном, Айриэ раздумывала, под каким предлогом ей попросить встречи со всеми членами семьи. Спать хотелось просто до одурения, до рези в сухих глазах и путающихся мыслей. Достойных уловок не придумывалось, и Айриэ решила действовать напрямик. Да какого гоблина лысого, в конце-то концов!.. Она ненавидела увёртки, а в том, чтобы действовать прямо, имеется своё особое очарование — особенно, если уметь этим наслаждаться.
— Мэор Рольнир, я должна встретиться с членами вашей семьи. Всеми без исключения, — подчеркнула она, добавляя голосом веса своим словам.
Брови герцога приподнялись, выражая — почти безотчётно, быть может — надменность и неодобрительное недоумение. Морщины вокруг глаз обозначились резче, когда он прищурился и пронзительно глянул на магессу, как старый ястреб, опытный боец, который всё ещё оставался опасным для своих врагов.
— Мэора Айнура, разумеется, если вы этого желаете — пожалуйста. Но, прошу прощения, это необходимо делать в столь неподходящее время? — Он постарался чуть смягчить свои слова, всё-таки не с подчинённой разговаривал, но улыбка вышла жестковатой, будто герцог давно позабыл, что такое мягкость. В определённом смысле, так оно и было. Поговаривали, что после смерти любимой супруги Рольнир Файханас замкнулся, стал намного суше и жёстче, хотя трудно ждать слабости от человека, столь успешно правившего своим герцогством и державшего всё в образцовом порядке. — Возможно, лучше подождать несколько часов? Мэора, вы пока сможете отдохнуть. Для меня будет честью предложить вам своё гостеприимство.
— К сожалению, герцог, эта встреча необходима именно сейчас. Благодарю вас за предложение, но мне отдыхать некогда, хотя и хотелось бы. Поэтому, боюсь, что буду вынуждена настаивать на своей просьбе. — Извиняющаяся улыбка вышла у неё гораздо лучше, чем у герцога, но тот не обольщался. Файханас прекрасно понимал, кто сейчас хозяин положения. Хозяйка.
На открытое столкновение он не пойдёт до последнего, предпочтёт выждать, потянуть время. Ему надо выиграть несколько дней. Самое забавное, что Айриэннис это также устраивало, но не применительно к данной ситуации. Потому что за несколько часов герцог мог придумать, как скрыть пострадавшего мага, найти подходящее объяснение и поставить целый спектакль — специально для неё. Айриэ не собиралась дарить Файханасам такую возможность. Взглянув на Орминда, гораздо хуже отца скрывающего свои чувства, она поняла, что наследник испуган и слегка растерян. Он кидал на отца быстрые взгляды, будто ожидая некого знака и одновременно почти умоляя о поддержке. Герцог на сына не смотрел, занятый своими мыслями, но выхода у него не было, и потому он учтиво наклонил голову:
— Мэора Айнура, разумеется, я удовлетворю вашу просьбу. Сейчас я пошлю слуг, и вскоре всё семейство соберётся в столовой. Приглашаю вас на рассветный кофе, мэора. — Герцог вновь одарил магессу неискренней, жёсткой, почти злой улыбкой. Кажется, его нервы неслышно звенели подобно туго натянутым струнам, но он держался, потому что был настоящим воином, готовым даже после смерти сжимать зубы на горле врага. Или свой ястребиный клюв, если угодно. — Орминд, проводи, пожалуйста, нашу гостью в столовую и постарайся не дать ей скучать. Надеюсь, вы простите меня, мэора? В ближайшее время я присоединюсь к вам.
Когда они вышли из малой гостиной, им навстречу попался камердинер герцога, спешащий на зов своего господина. Айриэ, рассеянно скользнула по нему взглядом и попросила спутника:
— Мэор Орминд, если вас не затруднит, для начала я хотела бы умыться и привести себя в порядок. У меня была богатая приключениями ночь, и она, увы, оставила на мне свои следы.
— Конечно, мэора Айнура, я с удовольствием провожу вас в одну из гостевых комнат, — улыбнулся её спутник.
Любопытно, ей казалось, что от Орминда она скорее уж дождётся не учтивого ответа, а какой-нибудь «засахаренной гадости». Например, фальшивого сочувствия по поводу того, что магесса, должно быть, слишком много колдовала, перенапряглась и теперь чувствует себя неудобно, раз не может помочь себе магией. Ну или чего-нибудь в этом роде. Герцогский наследник её откровенно недолюбливал, ещё с первой встречи, а сейчас он вёл себя несколько нетипично. Находясь во власти неких смутных подозрений, Айриэ даже скрытно проверила молодого человека своей магией на предмет наложенных иллюзий. Никаких иллюзий на ауре Орминда не обнаружилось, да и аура явно была его собственная, её магический слепок у Айриэ имелся со дня знакомства. Лезет в голову невесть что с недосыпа. Видимо, отец проинструктировал наследничка, чтобы вёл себя с магессой полюбезнее — Файханасы не в том положении, чтобы вызывать недовольство представительницы Драконьего Ордена.