Эйдигир хмыкнул и помолчал немного. Фирниор с непонятным выражением смотрел на предка, но ясно было, что рассказ его по-настоящему задел.
— В общем, не буду вдаваться в подробности, тебя они не касаются. Скажу только, что я задумал свергнуть короля и сам сесть на трон. Подумал по глупости, что уж если герцог Тиаллине нехорош, то короля-то она не отвергнет. К счастью, ума у меня хватило не втягивать в это брата. Заговор раскрыли, конечно, я тогда действовал очень уж… бесхитростно. Мой покровитель-дракон и раскрыл. Король даже не знал ни о чём. В общем, дракон предложил мне выбор, из великодушия, конечно, но я его за это люто возненавидел. Или умереть на плахе, или стать Хранителем рода, навечно привязав себя к этому замку и этому роду. Я спросил, зачем ему это, а дракон ответил — чтобы я вечно хранил от бед потомков Тиаллины. Потому что пока я занимался заговорами, наша женщина наконец поняла, кого любит по-настоящему. Ей оказались не нужны ни я с моим герцогским титулом, ни дракон с его обещанием продлить молодость возлюбленной лет на двести. Тиаллина хотела просто прожить обычную человеческую жизнь со своим любимым. Я согласился на предложение дракона, ведь я её любил, и брата, конечно, тоже. Он стал вторым герцогом, а Тиаллине дракон подарил к свадьбе то самое знаменитое ожерелье из «звёздных» камней и лунного серебра. Теперь его принято надевать на свадьбу невесте герцога или его наследника. Верят, что ожерелье дарует счастье в любви… Тиаллине даровало, об этом дракон позаботился, а вот насчёт прочих сомневаюсь. Всякое я за эти столетия повидал, но пары счастливее, чем мой брат и Тиаллина, пожалуй, не видел.
— Красивая история… и печальная, — негромко заметил Фирниор. — Спасибо за рассказ. Теперь мне многое понятно…
— Ну вот и прекрасно, — сварливо отозвался Эйдигир. — Давай, говори дальше. Зачем ты меня пробудил?
Фирниор опять запустил в волосы растопыренные пальцы, окончательно портя многострадальную причёску. Сказал, волнуясь, но старательно скрывая и волнение, и неуверенность, и страх:
— Спасибо, Эйдигир, что откликнулся на зов и рассказал свою историю. Собственно, это всё. Ты можешь уйти.
— Что? — насмешливо и недоверчиво переспросил Хранитель рода.
— Я сказал, что мне от тебя больше ничего не нужно. — Взгляд Фирниора сделался острым, пронзительным и до забавного похожим на взгляд предка. — Ты что-то имеешь против?
— Мальчик, я понимаю, что тебя научили, как со мной разговаривать, но либо ты не усвоил урок, либо тебе рассказали не всё.
— Что ты имеешь в виду?
— Я не собачка, которую можно позвать, а потом приказать убираться на место. Это магия крови, мальчик. За всё надо платить.
— Но это же не вызов Хранителя род, так мне сказали. Ты не должен требовать жизнь в уплату! — Голос Фирниора чуть дрогнул, а рука бессознательно вцепилась в рукоять меча, будто обычное оружие могло защитить его от призрачного предка.
— Твою — не требую, — согласился Эйдигир, зло искривив рот. — Тебе сказали правильно, вызов Хранителя проводится по-другому. И в дело вступают иные законы, и мне становятся доступны иные силы. Ты же всего лишь пробудил меня ото сна и позволил проявиться в этом мире. Каждый, кто Файханас по крови, может раз в жизни проделать подобное.
— Раз в жизни, говоришь?.. — медленно переспросил Фирниор, не выпуская из стиснутых пальцев рукоять меча. — Кажется, Эйдигир, ты прав. Меня неверно информировали. И… что же ты потребуешь от меня в уплату?
— От тебя — ничего, ты уже заплатил, напоив розу кровью. Но за моё пробуждение я беру жизнь любого из чужаков, что находятся поблизости. По правилам я должен выбрать того, кто наиболее опасен для рода, и выпить его жизненные силы. Когда ритуал вызова Хранителя рода свершится в следующий раз, я буду сильнее. Всё связано.
— Вот как?.. Об этом мне забыли рассказать, — сузил глаза Фирниор. Он выглядел злым и одновременно растерянным. Наверное, до сих пор не мог поверить в коварство обожаемого дядюшки. — И что? Ты… выбрал?
— Да. Она здесь, совсем рядом. Эта женщина опасна, она несёт гибель роду.
— Ты не тронешь Айнуру!!!
Отчаянный выкрик Фирниора прокатился по подземелью, эхом отражаясь от стен, болезненно резанув уши. Магесса поморщилась. Ну зачем же так кричать?..
— Не тебе меня останавливать, — спокойно заметил основатель.
— Но я попробую тебя переубедить! — Бледный, тяжело дышащий Фирниор едва ли не с ненавистью уставился на великого предка. — Почему ты выбрал именно её?