— Дядя Финн говорил, что они еще и летают почти беззвучно, словно совы, — продолжал парень, делая вид, что тоже чинит сеть, пока мимо нас проходили викинги. — Один такой подкрался к дозорной башне, и его заметили, только когда он уже был в десяти шагах. Он не дышит огнем. Он…, э-э-э, плюется огненными вихрями, там мне сказал дядя. Как смерч, только из пламени. А еще у него на крыльях есть острые когти. Он может цепляться ими за скалы и висеть вниз головой, как летучая мышь. Однажды такой Шторморез разнес в щепки катапульту, просто разодрав ее этими когтями. Убить его почти невозможно. Он слишком быстрый и маневренный. Наши убивали его только на земле — он опирается на нижнюю пару крыльев, когда ходит, и становится немного неуклюжим. Но кто в здравом уме полезет к такой махине на земле? Только издалека гасить чем-нибудь, да не все метательное его берет.
Я продолжал работать над сетью, а в голове уже рисовался образ этого хищника. Умный, тихий, смертоносный. Похож на какую-то боевую машину. Реально филин мира драконов.
— А что-нибудь… менее экзотическое? — спросил я.
— Хм… Есть еще Водорезы. Или Дождерезы, их по-разному называют. Этих я видел. Они не такие страшные, но очень неприятные. Похожи на… не знаю… на толстую ящерицу с очень длинной шеей. Крылья у них маленькие, летают они плохо и неохотно. Живут в лесах, особенно там, где сыро. Вроде бы, не любят жару.
— Они опасны?
— Еще как. У них два, э-э-э-э, вида… плевка. Он может дыхнуть огнем, как и некоторые другие ящеры. Но его огонь странный, он не гаснет от воды. Горит даже под дождем, во! А еще он может плеваться кипятком, как Кипятильник. Целым потоком кипящей воды. Если попадет, то мигом сваришься заживо в собственных доспехах. Бороться с ними… ну тоже можно, но сложно. Но один не справишься. Они не очень поворотливые, но у них толстая шкура. Лучше всего нападать сзади, целиться в основание шеи. Или пытаться ослепить. Говорят, у них очень чувствительные усики на подбородке, ими они ищут еду в земле. Если отрубить эти усики, он начинает беситься и нервничать.
Пока он говорил, я почти закончил с починкой очередной сети. Узлы ложились ровно, ячейки были одного размера. Фишлегс с удивлением смотрел на мою работу.
— Слушай, ты и правда это умеешь, — сказал он. — Может, тебе к рыбакам в рабство попроситься? У них работа полегче, чем в шахте.
Я лишь хмыкнул. Перспектива, конечно, заманчивая, но моя цель была не в том, чтобы найти себе теплое рабское местечко. Хотя отчасти… ну точно не на воде.
— А вот сказал про Кипятильников, что они такое? — вернул я его к сравнению.
Фишлегс посмотрел в сторону моря, задумчиво прищурившись.
— Ну, это морские. Из Водного класса. Сам я к ним близко не подплывал, хах, да и в школе нам про них не так много рассказывали. Они далеко от нашего острова, в основном в открытом море живут. Но вот батя мой раньше плавал с набегами на другие острова. И вот там, в дальних морях, он их и видел. Говорил, страшные твари!
Он снова принялся с азартом делиться чужими рассказами.
— Кипятильник большой. И очень злой. Главное в нем так это то, что он не плюется огнем, ну как и Водорез, а ошпаривает кипятком. У него под челюстью огромный мешок, такой, как у круглой шипастой рыбы, она еще так увеличивается, если ее напугать, ха-ха! Ну или как у пеликана. Он им зачерпывает воду, а потом… у него в животе как будто два желудка. В одном он еду переваривает, а в другом воду греет, до кипения. Если видишь, что у Кипятильника подбородок надувается, — все, прячься. Значит, сейчас будет плеваться.
— Насколько это опасно?
— Ну дак, батя говорил, что одного их воина, который упал за борт, просто сварило заживо. Вода попала под доспехи, и он даже крикнуть не успел. У них еще рог на носу есть, глаза белые, со зрачками, как у кошки. И зубы… мелкие, но острые. Для рыбы — самое то. А еще говорят, что они ядовитые. Если укусит — все.
Я пытался представить себе это существо с точки-зрения биологии. Двухкамерный желудок, одна из камер которого выполняет функцию бойлера… Термофильные бактерии? Химическая реакция? В любом случае, природа здесь была куда изобретательнее, чем на Земле.
— Они на сушу выходят?
— Почти никогда. Им без воды нельзя. У них кожа сохнет, и они умирают. Так что они всегда в море. Живут стаями, как волки. Охотятся на все, что движется. На рыбу, на других морских драконов. Батя говорил, они — короли в своем море. Нападают на все, что меньше их. На наши драккары тоже нападали. Их сложно убить. Они быстрые в воде, а на суше их не поймаешь, потому что там не ходят. Единственный способ, ну… загарпунить. Но для этого нужно подойти очень близко, а это… — он красноречиво показал, как его ошпаривает кипятком. — В общем, в море лучше не соваться. Там свой мир, и мы в нем гости. И не всегда желанные. Так говорил мне батя.