— Так, лекарь, — прогудел он. — Хельга сказала, свиноматка опоросилась. Двенадцать штук, и все живые. Говорит, такого еще не было. И куры несутся. Молодец, чужак. Не соврал.
Он хлопнул меня по плечу так, что я чуть не упал. При том, что я выше него!
— Ульв доволен. Будешь теперь на постоянке за всей нашей живностью следить. И за курами, и за свиньями, и за овцами. Коровы есть, чего уж там. Много голов, паря. Справишься?
А мне есть, куда деться? Контролирую еду — контролирую умы, ха!
— Справлюсь, — твердо ответил я.
— Вот и славно. Если нет, все равно бы делал. Говно везде убирать нужно. С этого и начнешь, да… Значит так. После шахты покажу че, где, куда ходить тебе, паря. Проверишь всех, посмотришь, как кормить. Чем кормить. Где брать. А потом… — он задумался. — Потом в ночь пойдешь на пристань. Нужно помочь рыбакам сети смолить. Ты паре нашему уже помогал чет такое делать, вот показал умение свое, будешь должен. Работа несложная, но вонючая.
Он развернулся, чтобы уйти, но потом остановился.
— А. И это… ужинать сегодня будешь в большом зале. Ульв велел. Считай, заслужил.
Повышение!?
Глава 14
Ужин. В Большом Зале. С воинами. С вождем. Это ну прям хороший такой, Джордановский прыжок через несколько ступеней местной социальной лестницы, пусть и рабской.
Солнце уже начало клониться к закату, окрашивая небо в оранжево-пурпурные тона. Как здесь заведено то? Викинги начинали стягиваться со своих рабочих мест к центру деревни примерно во время заката, что логично. Отсутствие света от солнца сильно резало продуктивность любого дела, — в сумерках много не наработаешь. Интересно, а как у них тут зимой? Когда световой день сокращается до нескольких часов? Работают по паре часов в день, а потом спят? Хах! Сомневаюсь.
Сама традиция совместного ужина была любопытной. Я, конечно, ни у кого из них в доме еще не был, но не сомневаюсь, что простейшие кухни там имеются. Тем более, что там нужно то? Очаг, котел, какая-то утварь. Но ужинали они все вместе. Вся деревня. Готовили огромные порции на всех, от мала до велика — еще помню свой первый обед здесь. И вождь, Ульв Чернорукий, ел из того же котла, что и последний рыба или местный пьяница (если таковые имелись).
Это было… необычно. Я то больше привычен к иерархическим системам, где правитель отделен от народа стенами, стражей и привилегиями. А здесь… здесь звание вождя, похоже, давало не столько права, сколько обязанности для амбициозного воина. Ну, уважение тебе оказывают, коечно, ведь ты — первый воин, ты — главный защитник, ты — тот, кто несет ответственность за всех. Но ты не царь (в моем понимании этого слова), а скорее старший в большой воинственной семье.
Если вспоминать курсы истории и обществознания, это сильно походило на… первобытно-общинный строй. Или военную демократию. Когда все вокруг общее — еда, кров, опасность. Я уже видел, как после налета драконов (которые явились вслед за мной) две семьи, чьи дома сгорели, без лишних слов распределили по соседям. Никто не остался на улице. Такой вот суровый, варварский коммунизм. Я даже не видел у них в обиходе денег. Натуральный обмен? Хотя… кто-то из местных говорил про торговлю, про набеги ради золота и драгоценностей. Может, для своих — взаимопомощь и натур продукт, а для чужих — валюта? Логично. Все, что добывается вовне, идет в общую казну на пользу всему острову. А внутри — распределение по потребностям. И по заслугам.
К чему я это все? Ах, да. Раз уж меня звали на ужин с «приличными людьми», то и выглядеть нужно было соответственно. А не как вонючий бомж, который последние дни валялся в курином помете и свином навозе.
— Бьорн! — окликнул я его, когда он уже собрался уходить. — Разреши вымыться? В реке или… где у вас тут можно?
Он обернулся, хмыкнул, оценивающе оглядев меня с ног до головы. Затем поднял с земли конец веревки, который уже перманентно стал продолжением меня, будучи привязанным к ноге, и швырнул его Сигурду, который все это время стоял рядом.
— Держи, паря. Сколько ночей отлынивал, работу кто за тебя делать будет то, а? А учиться?! Иди, просвещай чужака-чудака, ха. Саян Полоумный Драконоедец. Тьфу, пакость. Покажи ему нашу парилку. И времени у вас мало! Покажешь, что, где и как, да за вещами для него сбегаешь. Тунику что ли чистую не найдем? Давно Гусейну говорил, чтоб отдал вторую этому узкоглазому. Получит он у меня, блядь… перед вождем меня позорит!