Проблема была в другом — если я сейчас отвечу с максимальной жестокостью, например, сломаю ему челюсть, выколю слепой глаз — я, возможно, и установлю доминирование, но вместе с этим брошу вызов всей их системе. Покажу себя как неконтролируемого, избыточно агрессивного хищника. И вот тогда уже мать может счесть меня угрозой для всего выводка. Сильный член стаи — это хорошо. Но бешеный психопат — это угроза, которую нужно устранить. Она не будет разбираться в нюансах, а просто защитит свое потомство.
Так что же делать? Как отреагировать так, чтобы это не выбивалось из картины мира дракона? Чтобы установить свой статус, не показавшись при этом смертельной угрозой? И, желательно, не остаться без руки.
Нужно было ответить на его языке. Показать, что я не добыча, что я могу за себя постоять и причинить боль. Но сделать это дозированно, ровно настолько, чтобы он понял, что связываться со мной — себе дороже. Я должен был продемонстрировать контроль над ситуацией.
Мысли пронеслись в долю секунды, пока первая капля моей крови падала на каменный пол. Черт, а вдруг мать по запаху крови поймет, что я не их вида?! Нужно было срочно смешать запахи. Заставить его самого истекать кровью.
Собрав всю волю в кулак, я принудил себя расслабить мышцы руки, игнорируя огненные вспышки боли. Посмотрел прямо в его пустые белые глаза. Затем медленно начал наклоняться.
Он замер, ожидая. Возможно, думал, что я собираюсь сдаться, подставить шею. Вместо этого я сделал то, что не укладывалось в его примитивную картину мира.
Я… вот честно, сначала думал укусить его в ответ, как схожая реакция их вида на агрессию, но вот мои зубы против его бронированной шкуры — это… смешно. Больше шансов, что от такого пируэта меня наоборот сочтут слабаком, не способным прокусить брата.
Вместо этого использовал свободную левую руку. Резким движением я обхватил его шею у самого основания черепа, там, где шипы были еще короткими и мягкими. Пальцы, натренированные на удержании стокилограммовых алабаев, сомкнулись мертвой хваткой. Одновременно я навалился всем своим весом, вдавливая его морду в каменный пол.
Раздался глухой стук и удивленный, возмущенный писк.
Дракон попытался вырваться, мотнуть головой, но моя хватка была железной.
В ответ на это давление он инстинктивно сжал челюсти сильнее. Новая волна боли пронзила руку, из глаз брызнули слезы. Я зарычал… черт, как глупо! Я рычал даже не как человек!!! А низко, гортанно, копируя тот звук, который издавала мать, когда старалась приструнить детенышей. Надеюсь, вышел достаточно угрожающий звук доминирования. Звук, который явно говорил: «Я сильнее. Прекрати».
Драконенок задергался, заскреб по полу кончиком хвоста, выгибая его в разные позы. Затем хвост хлестнул меня по ноге, протягивая впившиеся шипы вдоль тела, но отросточки были слишком короткими, чтобы пробить штаны насквозь, ха! Вся его агрессия упиралась в грубую силу человека.
И тут буквально всем телом почувствовал, как изменилась атмосфера в пещере.
Мать подняла голову, ее мурлыканье прекратилось. Я не видел ее спиной, но чувствовал на себе внимание.
Тик-так. Время пошло. Одно неверное движение — и она вмешается. И это будет последнее, что я увижу.
Я не стал ослаблять хватку, так как должен был довести ритуал до конца. Я продолжал рычать, глядя прямо в слепые глаза драконенка, и усиливал давление, пока не почувствовал, как его тело под моей рукой слегка обмякло. Его визг перешел в жалобное попискивание. Надеюсь, знак подчинения? Когда-нибудь я уже разберусь в их языке.
Только после этого визга я медленно разжал пальцы и убрал руку, оставаясь нависать над ним. Это тоже было важно. Я показал, что не боюсь его. Что я прекратил агрессию по своей воле, а не из страха!
Бывший альфа лежал на полу еще секунду, недоуменно щелкая челюстями. В его инстинктивном мозгу что-то не сходилось. Эта большая, неуклюжая, беззубая тварь дала сдачи. И не просто дала, а победила!
Затем он вскочил и отпрыгнул назад, тряся головой. Зашипел, припал к земле и сделал короткий выпад в мою сторону, щелкнув зубами в воздухе. Блеф? Последняя попытка сохранить лицо?
Я не отступил. Вместе с ним медленно поднялся на ноги, выпрямился во весь свой почти двухметровый рост. В мире животных размер имеет значение. И сейчас я был самым большим детенышем в этом гнезде. Для пущего эффекта еще и раздвинул руки в разные стороны, увеличивая себя.