И теперь уж и я начал медленно пятиться к завалу, держа драконов на расстоянии с помощью солнечного зайчика, и одновременно пытался своей больной правой рукой развязать узел на котомке, высвобождая флакон с растением.
Вовремя.
Ведь один из них, оправившись от шока, снова ринулся на меня со стороны стены, стараясь держаться в тени.
Я выхватил флакон, сорвал зубами деревянную пробку.
В тот момент, когда он был в двух метрах от меня, готовясь к прыжку, я швырнул горсть сушеных синих цветов ему прямо в морду, все еще готовясь сделать перекат в сторону.
Эффект был мгновенным. И каким ошеломительным он был!
Дракон взвился на месте, будто наткнулся на невидимую стену. Раздался громкий, булькающий звук, похожий на чихание и рвоту одновременно. Из его пасти неконтролируемо, во все стороны, начали вырываться кривые, чадящие кольца огня, оплавляя пыль в воздухе. Он начал кататься по земле, скребя мордой по камням, пытаясь избавиться от пыльцы, жгущей его слизистые.
— Ну что, — прохрипел я в темноту грота, вдыхая пыльный воздух, — кто следующий!? Никто?!
Двое оставшихся, увидев это, услышав панические вопли собрата, не выдержали. Один с пронзительным визгом бросился в тот же тоннель, из которого они появились. Другой, шарахаясь от света, скрылся в другом, темном ответвлении.
И… Тишина.
Я стоял, тяжело дыша, посреди залитого светом грота, сжимая в руке пустой флакон. Один дракон был погребен под камнями, рыча и пытаясь освободиться. Второй корчился на полу в агонии, чихая огнем. Двое сбежали.
____________________________________________________________________________________________________
Существенный отрыв по главам на бусти:
Глава 28
Я победил.
Адреналин, который до этого момента держал меня на ногах, начал отступать, и на смену ему пришла тупая усталость и боль. Рука, которую я почти не чувствовал во время боя, теперь горела огнем. Ноги дрожали. Но мозг, все еще работающий на пределе, уже просчитывал следующие шаги.
Нужно было уходить, пока те двое не вернулись с возможной подмогой. Пока и дракон под завалом не освободился.
Но уходить не хотелось с пустыми руками.
Подгоняемый остатками адреналиновой паники, подбежал к извивающемуся под камнями дракону. Он все еще рычал, пытаясь вытащить придавленный хвост, и его шипастая голова моталась из стороны в сторону, но, благо, была ограничена в движениях и расстоянии, на котором могла бы достать до меня. Поэтому, вооружившись ржавым ножом, постарался соскоблить шкуру этого дракона.
Наклонился и попытался срезать кусок чешуи с его бока, и… Бесполезно! Прям совсем. Нож скользил по его броне, как по наждачной бумаге, не оставляя даже царапины. Поэтому в следующей попытке попытался выломать один из шипов на спине (они сильно отличались от шипов того же Змеевика, которых тут пруд пруди), но и он сидел в коже так прочно, будто был влит в бетон. Сука!
Взгляд упал на обломки камней вокруг. Парочка шипов и даже один из вращающихся зубов, видимо, отломились при ударе о потолок и падении. Я быстро собрал их, запихивая в котомку. Для чего? Да понятия не имею! Но в тот момент, это казалось жизненно необходимым. Типа доказательство, лишений аргумент в споре с местными, если будут какие-то вопросы, мол, не мог я спастись самостоятельно и жить такое время один. Типа, вот, смотрите, я не просто сгинул в пещерах, не просто выжил, я, блять, дрался!
А вот теперь — наверх.
Подбежал к завалу, который сам же и устроил. Лестницей служила куча огромных валунов и мелкого щебня, ведущая прямо к свету. По ней и начал карабкаться. Руки скользили, больная рука отзывалась на каждое движение вспышкой боли (что странно, еу, мы же тебя подлатали!), но я упрямо лез вверх, к этому спасительному пятну голубого неба.
И вот, наконец, я выбрался. ВЫБРАЛСЯ!!!
Вывалился из трещины в скале на небольшой уступ, покрытый мхом и жесткой травой. Свежий воздух! Настоящий, чистый, прохладный воздух, пахнущий соснами и морем! Я жадно глотнул его, закашлявшись. Солнце, даже неяркое (видимо, еще только начало дня), ударило по глазам, привыкшим к полумраку. Я зажмурился, чувствуя, как по щекам текут слезы.
Я был на свободе.
Но где, черт возьми, я находился?
Осторожно подполз к краю уступа. Передо мной простирался густой, темный лес, уходящий вниз по склону горы. Где-то вдали, за верхушками деревьев, виднелась серая полоска моря. С этой стороны обзора деревни не было видно. Я понятия не имел, на какой стороне горы нахожусь. Я мог быть в паре сотен метров от поселения. А мог — в нескольких километрах, на противоположном склоне.