— Да, да, конечно! — спохватился он и двое безупречных по его жесту поднесли мне мою награду.
— Хорошие они ребята, — сказал я, — взял бы я их в Вестерос, да там рабство запрещено.
— Какая варварская страна! — нарочито возмутился магистр Ипатио. — Оставайтесь тут, и вы будете королём!
— Отвечу вам, как и триархии Волантиса в своё время, моё место не тут, а в Вестеросе.
— Как знаете. — ответил магистр Ипатио. И тут я заметил рабыню с ним. Это была молодая девушка с рыжими, я бы даже сказал красными волосами до талии, на шее её был ошейник, как и у всех рабов.
— Кто это? — спросил я.
— Это моя рабыня. — ответил магистр Ипатио, — её зовут Мелони.
«В своих странствиях ты встретишь деву, что зовут Мелони, приведи её в храм!» — так сказала мне во время нашей последний встречи Марра.
— Я хочу её в уплату моей работы. — сказал я.
— Зачем она вам? — удивился магистр Ипатио. — С теми деньгами, что есть у вас вы можете купить тысячу таких.
— Я хочу её, — сказал я более настойчиво. Наши взоры с магистром встретились, и он вскоре отвёл взор.
— Будем считать это моим личным подарком. — сказал он. — Теперь это твой господин, Мелони, — сказал Ипатио обращаясь к ней. И добавил, — вы желанный гость в Квохоре, сир Томас.
Я подошёл к рабыне и взяв её за подбородок двумя пальцами поглядел на неё.
— Ты летала когда — нибудь на драконе?
— Н — нет, господин!
Поднявшись по ступеням великого храма в Волантисе, я приказал Мелони стоять на месте, а сам пошёл к Марре.
— Ты исполнил волю Владыки, привёл ту, которая важна для него. — сказала она мне.
— Моя служба твоему Владыке окончена. Я возвращаюсь в Вестерос.
— Мы все служим Владыке, — улыбнулась Марра, — и тебя никто не заставлял, если честно, не идти в Асшай, не в Стигай, не летать по Эссосу с моими поручениями…
— Я сам по себе. — сказал я. — это была последнее одолжение.
— Помни, что ночь темна и полна ужасов, а Владыка всё видит.
— Всё? И это тоже? — с этими словами я достал кинжал и пронзил сердце жрицы. Она медленно осела на пол.
— Ты всё сделал, как было предсказано… — прошептала она, и взор её устремился в вечность.
— Очень хорошо, — сказал я, снимая ожерелье с рубином.
Повертев его в руках, я усмехнулся.
— Владыка, как же, простая некромантия.
Мелони по — прежнему ждала меня у входа в храм.
— Теперь это твой дом, — сказал я ей, — ты свободна.
— Почему?… — спросила было она.
— Это воля Владыки Света. Помни, он всегда наблюдает за нами, как и Великий Иной. Только это важно, только одна война.
Я отдал ей рубин.
— В нём заключена великая сила, если совладеешь с ней, тебе не будет равных.
Она взяла его в руки и впервые улыбнулась.
— Прощай, Мелисандра. Теперь это твоё имя. И помни, ночь темна и полна ужасов, но темнее всего перед рассветом.
Драконы и вороны
Семь главных ошибок этого мира:
богатство без труда;
удовольствие без совести;
знания без цели;
торговля без нравственности;
наука без человечности;
поклонение без жертвы;
политика без принципов.
Тень Красного Замка в полдень нависала, казалось, над всем городом — Королевской Гаванью. Я шёл к нему словно снова в первый раз. Десять лет, как я покинул его, что там теперь стало? Хотя мне было известно, что корона в курсе моих похождений в Эссосе, но я несколько опасался за приём. В замке было множество неизвестных мне людей. Новые слуги, какие — то лорды и рыцари чьих гербов я не узнавал. Всё это действовало мне на нервы. Пройдя через великий чертог, я поднялся по большой лестнице и направился к кабинету короля. Пройдя по балкону, с которого открывался прекрасный вид на внутренний двор замка, и по которому я, казалось в прошлой жизни, неоднократно проходил, я наконец достиг своей цели. Перед входом в кабинет стоял сир Кристон Коль. Словно не проходило этих десяти лет. Только он теперь носил короткую шевелюру и почти незаметную бородку. Броня на нём сидела как всегда прекрасно, шёл ему и белоснежный плащ Королевского Гвардейца.
— Привет, Коль! — сказал я весело, тот посмотрел на меня внимательно, но даже не улыбнулся.
— Здравствуй, Томас.
— Что, не рад старому другу, который тут отсутствовал целых десять лет?
— Не помню, чтобы мы были друзьями.
— Хорошо, не очень — то и хотелось, но сделай одолжение, будь хорошим привратником и доложи его Светлости, что я тут. Я думаю, он будет мне рад.