– Мэора Айнура, я уже просто не знаю, как и чем буду с вами расплачиваться, – с нервным смешком проговорил топавший рядом Мирниас. Айриэ краем сознания уловила, что он давно уже мнётся, вздыхает и сопит, не зная, как начать разговор, но особого внимания не обращала.
– Мирниас, я не ростовщик, долги и проценты не взимаю.
– А я не побирушка, чтобы брать в долг без возврата! – неожиданно окрысился юнец, совершенно непонятно, с какой стати.
– Вас вроде бы никто побирушкой и не именовал, – хмыкнула Айриэ, недружелюбно на него покосившись.
– Хуже, – с едкой горечью отозвался он. – Вы вообще не считаете меня достойным отблагодарить вас за помощь.
– Скажите мне сердечное спасибо и отправляйтесь домой, пообещав навеки сохранить в сердце нашу незабываемую ночь, – нетерпеливо предложила она, мечтая поскорее избавиться от назойливого артефактора. – И мы квиты!
– Мэора Айнура! – вспыхнул Мирниас. – Вы можете думать обо мне что угодно, но я не стану компрометировать вас перед вашим... мэором Тианоринниром. Он ведь теперь будет думать, что мы с вами...
– Ага, и с нами тоже! – раскатисто расхохотался Конхор, тоже вынужденный вместе со Стагиром слушать бред, что нёс этот юнец.
Мирниас поперхнулся, уже успев позабыть о квартете.
– Мирниас, вы не переживайте, Тианор – полуэльф разумный, и, главное, взрослый. Давно уже, – снисходительно успокоила его Айриэ, и юнец не выдержал, сочтя за благо распроститься и сбежать домой как можно скорее.
Тианор, к слову, услышав о квартете, долго и искренне смеялся. И, постанывая от смеха, немедленно предложил составить квинтет.
ГЛАВА 14
Айриэ с Конхором сидели в таверне, потихоньку цедили пиво и вполуха слушали немудрящие песенки, что лениво напевал менестрель. Дело шло к вечеру, но посетителей у папаши Брэддора наблюдалось совсем немного. Местным было не до веселья, да и работы на полях оставалось немало, а дни становились всё короче. Человек десять на всю таверну набралось, включая троих постояльцев Гриллода, заезжих торговцев.
Магесса сидела недовольная и толком не высыпавшаяся уже третью ночь подряд. Она бы с удовольствием провела время в обнимку с подушкой у себя в номере, но Конхор уговорил выбраться в таверну. Ему надо было доставить папаше Брэддору заказ – несколько бочонков гномьего пива и обсудить ещё какие-то торговые дела, а магесса делала вид, что слушает треньканье Тина. Ночью на земле спалось совсем не так чудесно, как на удобной кровати в номере, да и сон был некрепкий, одно название только. После таких ночей Айриэ совсем не чувствовала себя отдохнувшей. Гномы хоть через раз нормально высыпались, а она от постоянного недосыпа становилась более злобной, чем обычно, и готова была покусать всех, кроме разве что Конхора.
Потом Кон вернулся, и они решили приятно провести время за пивом и лёгкой дружеской болтовнёй. Конхор, разумеется, выставил на столик привезённое с собой тёмное пиво, но папаша Брэддор нисколько не возражал. Наоборот, готов был с гнома пылинки сдувать – видимо, сделка была весьма выгодной. Установив ?глушитель?, Айриэ расспрашивала о Броморе и о фиарштадских делах, рассказывала кое-что о своих странствиях – без имён и географических названий, впрочем. Наболтавшись всласть, они уже собирались уходить, когда появился новый посетитель, случайно привлёкший внимание магессы. Точнее, внимание привлекла сказанная хозяином фраза:
– А, Чарп, здорово! Давно ты ко мне не заходил. Что, покойнички тебе работы прибавили?
– А то не знаешь, Брэддор, – мрачновато отозвался невысокий, тощий и жилистый старик с острым красным носом. – Через день-два новые похороны, что за жизнь пошла, так её разэтак!
Старик уселся за стойкой и медленно тянул из кружки красное вино, изредка болтая с хозяином. Айриэ подумалось, уж не смотритель ли это местного кладбища, с которым она собиралась поболтать о старом семейном маге Файханасов. Подозвав Брэддора, она задала ему вопрос и убедилась в правильности своей догадки. Попросила пригласить старика за их столик и принести то, что он закажет. Старик подошёл неторопливо, с достоинством, но в светлых мутноватых глазах любопытство цвело пышным цветом.
– Звали, мэора маг? Чарп я, смотритель кладбищенский. Чего изволит ваша милость?
– Поговорить, брай Чарп. Да вы присаживайтесь, сейчас ваш заказ принесут
– Ай, мэора маг, шутить изволите? Какой я вам брай? – захихикал старик, но видно было, что он польщён уважительным обращением. – Меня браем сроду не называли, я совсем простого роду-звания. В молодости батрачил у фермеров, потом, когда состарился, меня его светлость облагодетельствовал, место дал. Не смотрите, что старый, мэора, я ещё крепкий, могилу запросто могу в одиночку выкопать и плиту установить, хотя помощников его светлость мне выделяет, дайте ему Лунные богини здоровьичка побольше!.. А, так о чём, мэора маг, вы поговорить-то хотели? Или это брай гном чего-нибудь изволит?