– Следов мага здесь нет, – резонно заметила Айриэ.
– Может, тварь для этого и испрыгала тут всё вокруг, чтобы следы хозяина уничтожить, – не менее резонно возразил капитан. – Это улика, мэора, да какая! Волосы наверняка принадлежат убийце.
?И подозрительно похожи на лохмы артефактора?, – кисло подумала Айриэ. Придётся чуть позже наведаться в замок, тем более Мирниас должен сегодня зачаровать очередную пару мечей. Возможно, герцог и правда собирается сделать из долговязого мага жертвенного козлика, надо проконтролировать и помочь бедняге, в случае чего. Точнее, немного нарушить планы его светлости, это важнее.
Магесса вернулась к Гриллоду и не торопясь, со вкусом позавтракала: её опять разбудили с утра пораньше сообщением о найденном трупе. Есть она не стала, сразу поехала смотреть, так что теперь следовало наверстать упущенное. Отведав омлета со свежей зеленью и кусочками бекона и запив всё парой чашечек превосходного крепкого кофе, магесса немного подобрела и решила ехать в замок прямо сейчас, не дожидаясь вечера. Что-то ей подсказывало, что волосы убитому Пайпушу подсунули не зря, и герцог намерен перейти к решительным действиям.
Она немедленно убедилась в своих подозрениях, прибыв в Файханас-Манор. В комнате рядом с оружейной, где работал Мирниас, магесса застала дивную картину. Посреди комнаты стоял Мирниас – как обычно, встрёпанный, но неожиданно бледный, с каким-то загнанным выражением в глазах. Он с силой выкрикнул:
– Я этого не делал!.. – да так, что стёкла задребезжали.
Перед ним стоял преисполненный благородного негодования герцог, также присутствовали слегка злорадствующий наследник, невозмутимый Эстор Файханас и ещё один, незнакомый магессе типичный горбоносый представитель этого славного рода – очевидно, отсутствовавший в прошлый раз кузен Синтион. В качестве подкрепления здесь же находился капитан Паурен и трое его солдат, один из которых держал наготове антимагические наручники. И ещё Тианор, вот уж совершенно непонятно почему. Герцог решил воспеть в веках героическую поимку злобного мага?..
– Мэоры, что здесь происходит? – осведомилась магесса, величественно вплывая в комнату.
Ей показалось, что в глазах герцога проскользнула едва заметная досада, зато Орминд поморщился вполне очевидно, по молодости лет не давая себе труда скрывать свои чувства. А Мирниас глянул с каким-то безнадёжным отчаянием, похоже, даже не рассчитывая получить помощь.
– Мэора Айнура, рад вас видеть, – бесстрастно изрёк Рольнир Файханас, ничем, впрочем, своей радости не выказывая. – Вы прибыли удивительно вовремя и, надеюсь, окажете помощь в установлении истины. Капитан Паурен сказал, вы уже видели найденную улику. У него возникло предположение, что волосы цветом весьма похожи на волосы нашего уважаемого артефактора, и капитан поспешил сообщить мне о своих подозрениях. – Слово ?уважаемого? герцог произнёс с откровенным презрением, и молодой маг судорожно дёрнулся, а уши его заалели. – Я решил немедленно установить истину, и настоятельно попросил мэора Мирниаса предоставить прядь своих волос для сравнения.
– Я и не отказываюсь это сделать, ваша светлость! – вскинул голову Мирниас. – Сравнивайте сколько угодно, но я-то знаю, что невиновен в убийствах и не создавал никакой магической твари!
– К сожалению, молодой человек, это вопрос такого характера, что мы не имеем права принимать на веру ничьи слова, – веско заметил брат герцога. – Поэтому не дурите, подчинитесь и позвольте надеть на себя наручники, как вам было сказано.
– Я не думаю, что в подобной мере есть нужда, – вмешалась Айриэ, и теперь едва заметно скривился Эстор Файханас. – Не забывайте, я всё-таки боевой маг с немалым опытом и сумею, в случае чего, справиться с молодым ?бытовиком?.
Мирниас наградил её взглядом, далёким от благодарности, однако подтвердил:
– Я не собираюсь делать глупости. Пусть ваши солдаты срежут у меня прядь волос. Но даже если они и похожи по цвету, то светло-русых людей на свете немало! С чего вы взяли, что это именно мои?
Герцог не собирался удостаивать подозреваемого ответом, вместо этого кивнув одному из гвардейцев. Тот ножом безжалостно отхватил прядь волос Мирниаса и положил на стол, где на развёрнутом платке лежала вымазанная грязью улика.
Герцог, брезгливо искривив уголок рта, склонился над столом, сравнивая, и вскоре отошёл, уступая место прочим жаждущим. Его родичи проделали то же самое, едва не сталкиваясь головами.