– Мэора Айнура, не откажите в любезности принять мой скромный дар! – лукаво улыбаясь, играя ямочкой на щеке, попросил Фирниор.
– Фирниор, я вам очень благодарна, но право же, это лишнее!
– Пожалуйста, не отказывайте, мэора! Я ведь ещё за обедом заметил, что вам нравятся морепродукты, а больше вы их нигде не достанете, кроме Фапйханас-Манора. Поверьте, местные жители обладают массой достоинств, но любовью к дарам моря не отличаются.
– Что же, благодарю за щедрый дар, съем за ваше здоровье! – насмешливо улыбнулась магесса. – А розы бедные пожалейте, пусть лучше в саду цветут.
– Повинуюсь вашей воле, мэора! – Юноша озорно сверкнул глазами и пригласил её на прогулку.
Айриэ милостиво согласилась, ибо заняться всё равно было нечем. Они немного погоняли коней по окрестностям, а потом доехали до реки и дружно решили искупаться, пользуясь, наверное, последней в этом году возможностью. Не сегодня-завтра погода испортится, задуют холодные северные ветра с побережья, унося прочь накопленное тепло. Жара спадёт, ночи сделаются холодными, а почти осеннее солнце уже не сможет прогревать воду настолько, чтобы в ней было комфортно купаться. Сегодняшний же денёк был ещё по-летнему тёплым, а Фирниор вообще утверждал, что жарким. Они кружным путём через мост добрались до того удобного для купания местечка, которое Айриэ показала русалка.
Айриэ, дабы не травмировать нежную юношескую психику, осталась в нижнем белье, за неимением купального костюма, а Фирниор полез в воду в скромных полотняных штанишках до колен. Водичка оказалась бодряще-прохладной, они с удовольствием наплавались – до приятной усталости в мышцах.
Благодушие магессы простёрлось до того, чтобы подсушить заклинанием не только себя, но и спутника. После чего они блаженно растянулись в тени на травке, наслаждаясь тягучим, ленивым летним деньком. В такой день приятно любоваться сверкающими бликами на водной глади, слушать убаюкивающий шелест старых ив и наблюдать за ходящими в тёмно-зелёной глубине рыбинами. В такой день хочется забыть о злобных магах с их питомцами, об убийствах и расследованиях, о десятке предположений и подозреваемых. Даже если один из них валяется с тобой рядышком, всё равно хочется забыть, относиться ко всему миру благожелательно и, хм, человечно.
Прервали их отдых самым бесцеремонным образом. Из воды взметнулся фонтан серебристых брызг, вслед за которым вынырнула зеленоволосая красавица и звонко расхохоталась над вымокшим с головы до ног юношей. Магесса, обладая отменной реакцией, успела выставить щит, посему её одежда не пострадала.
– Айнура, я так и знала, что с тобой этот номер не пройдёт! – смешливо фыркнула русалка. – А Фирио опять попался!
– В который уж раз, – проворчал юноша, ничуть, впрочем, не разозлившись. – Лайли и Сэльми тоже так шутить любят...
– О, Фирниор, я смотрю, вас русалки за своего держат? – насмешливо вздёрнула левую бровь магесса. А что, ничего удивительного, юноша симпатичный, русалочки таких любят.
– С Таллани мы давние и добрые знакомые, – ответил молодой Ниарас, с вызовом взглянув на Айриэ. Гадать о причинах сего странного взгляда она не собиралась.
– Подумаешь, со мной всего разок и было, зато с Лайли сколько... – прищурившись, томно протянула зеленоглазая.
– Не считал и тебе не советую! – Вот теперь юноша был заметно раздосадован и даже чуточку порозовел.
– Ой, да ладно, молчу-молчу! Я зачем вынырнула-то, Айнура, мне с тобой поговорить надо насчёт той твари. Мы тут у Старейших Матерей Текучих Вод поспрашивали и...
– Погоди, Таллани! – решительно прервала её магесса и обратилась к юноше: – Фирниор, надеюсь, вы нас извините, нам с русалкой надо поговорить наедине.
– Конечно, мэора!
Он, кажется, не чувствовал себя уязвлённым, послушно отойдя в сторону и усевшись в отдалении, спиной к ним, зато русалка взглянула недоумённо, захлопав длинными, чёрными с зеленоватым отблеском ресницами:
– Почему ты велела ему уйти? Фирио хороший, он никогда не обидит никого из наших!
– Зато некоторые из его родственников – могут, – заметила Айриэ, пытаясь коротко объяснить плохо разбирающейся в ?сухопутных? делах русалке тонкости человеческих взаимоотношений. – Он подчиняется старшим и должен будет рассказать про наш разговор, если его спросят. А если он ничего не будет знать, то и навредить не сможет никак.