Ниа не заметила, как пришла в комнату, в которой они занимались танцами. Пока здесь никого не было. В ожидании его светлости, девушка присела на диван и снова задумалась. Что делать со своей реакцией на герцога Ниана никак не могла решить. С одной стороны ей нравилось, как на неё смотрел лорд Мирт, он ухаживал за ней, заботился, как-то по-особому улыбался.
С другой стороны, разумом она понимала, что помолвка фиктивная, и через пять лет они расстанутся, но ничего с собой поделать не могла. Её сердце билось чаще при взгляде на Мирта, глаза горели, чувства обретали какую-то особую глубину, а ночью приходили сны, в которых Ниана с упоением целовалась с герцогом то саду, то в библиотеке, то в комнате для занятий танцами. В особенно откровенных снах лорд Мирт не ограничивался поцелуями, он быстро развязывал тугой корсет платья и смотрел на неё жадными глазами. Обычно в этом месте девушка просыпалась и потом долго не могла заснуть.
Ниана казалась себе мотыльком, который летит на огонек свечи, чтобы сгореть в пламени и осыпаться пеплом. Сначала она сопротивлялась, старалась держать дистанцию, но потом поняла, что это бесполезно. Герцог чувствовал ту стену, что она пыталась возвести, и каждый раз походя, разрушал её. Разрушал своим достойным поведением, прекрасным чувством юмора и убойным обаянием. Невозможно было остаться равнодушной. И Ниана сдалась. Она осознавала, какую боль принесет ей расставание, но решила, что имеет право просто любить, раз судьба дала ей такую возможность. Конечно, потом она сгорит в пламени и превратится в пепел, как тот мотылек, но пока она летела на огонь, и была счастлива.
Вот и сейчас, когда в комнату зашел лорд Мирт солнечно улыбнулся, увидев Ниану, все мысли о плохом исчезли, и девушка ответила такой же радостной улыбкой.
– С завтрака прошло совсем немного времени, а я уже успел соскучиться, – сказал герцог, целуя руку невесте. – Приступим?
Девушка кивнула. Занятия танцами с его светлостью были ни на что не похожи. Лорд Мирт считал, что Ниана прекрасно танцует, и все, что необходимо – расслабиться, а дальше тело само вспомнит движения.
– А почему сегодня нет Грега? – спросила Ниана.
– Я его отпустил, – отмахнулся герцог.
Грег – слуга, который обычно приносил в небольшой зал музыкальные шкатулки, и когда было необходимо, запускал и выключал их. Каждая шкатулка воспроизводила всего одну мелодию, да и ту не очень громко. Однако для обучения этого было вполне достаточно. В провинциальной усадьбе Нианы занятия проводились просто под счет, ведь такие музыкальные шкатулки стоили очень дорого.
– Зачем? Он же…
– Во-первых, мы помолвлены, поэтому никто не скажет ничего плохого, даже если мы проведем час наедине, – перебил Мирт. – Хотя в моём доме нет слуг, которые обсуждают хозяев на стороне. Во-вторых, мне кажется, что ты из-за него не можешь расслабиться.
– Но ведь во дворец приглашены множество гостей, ты же не будешь всех выгонять, чтобы я расслабилась и смогла танцевать? Наоборот, нужно, чтобы кто-то тут был…
– Не нужно. Главное, чтобы ты уловила суть.
Герцог видел, что Ниана настроена скептически.
– Ты мне доверяешь? – спросил он.
– Да, – немедленно отозвалась девушка.
– Ну вот. Теперь осталось совсем немного – поверить в себя.
Заиграла музыка, Ниана сосредоточилась, вспоминая движения. Сначала поклон, потом шаг назад, затем вперед, теперь руку в сторону…
– Снова сосредоточенное лицо, как будто ты вычисляешь матрицу заклинания, – наклонившись к уху девушки, шепнул Мирт.
Её дыхание сбилось, по коже пробежались мурашки, Ниа оступилась, но тут же была подхвачена сильными руками лорда. Она нервничала, всего пять дней осталось, а у них пока ничего не получается. Близость герцога волновала, не давала сосредоточиться.
– Не надо меня отвлекать! – случайно наступив ему на ногу, потребовала девушка.
– Знаешь, когда мы с тобой в первый раз танцевали, я специально рассказывал о танцах. Хотел, чтобы ты попросила позаниматься с тобой.
– Не знала, что ты любишь, когда тебе топчутся по ногам. Если так желаешь, прямо сейчас могу организовать! Неужели не понятно, что все разговоры делают только хуже, а не расслабляют! – рассердилась Ниана.
Мирт смотрел на неё, не в силах отвести глаза, даже в гневе она была прекрасна. Её щеки налились румянцем, глаза сверкали, грудь вздымалась. Она, стараясь сосредоточиться, хмурила изогнутые брови, чуть сжимала бледные губы, и они прямо на глазах краснели, манили своей мягкостью, приковывали взгляд. А еще её запах, который кружил голову, жар её тела, пробуждающий плотские желания, нежная шея, маленькая родинка на щеке, глубокие глаза, узкая талия, тяжелые бедра. И это идеальное тело обнимал тугой корсет. Видение о том, как он его снимает, давно преследовало его во снах.