– И что он ответил?
– Мать любит дитя, потому что это её дитя, ребенок любит родителей за то, что это его родители. Эмма любит меня неза что-то.Она любит меня просто потому, что я – её отец. Ей не важна моя внешность, цвет глаз и волос, моё положение в обществе, мои предки или наличие магии. Любовь ребенка – это безусловная любовь.
– Не всегда так бывает.
– Не всегда. Но я ведь любил мать. И отца тоже, хотя не могу сказать, что он был достойным человеком. Я не понимал, почему другие родители любят своих детей, а наши отец и мать – нет. Может быть мы просто недостойны? И мы с братом пытались стать лучше, делать все, чтобы добиться любви или хотя бы внимания, но ничего не получалось, – горечь в словах Мирта ранила сердце. – Это больно, Ниа, когда ты видишь равнодушие в глазах собственной матери и отца. Никогда мои дети не будут знать, что это такое! Я не предам их любовь. Я постараюсь стать для них самым лучшим папой.
Ниана не ожидала, что ответ на её вопрос окажется таким неожиданным и подробным. Муж вдруг предстал перед ней чутким и ранимым, приоткрыв тайны своего детства. Хотелось обнять его, утешить, изгнать горечь из взгляда, и Ниа потянулась к Мирту, нежно прикоснулась губами к его губам, погладила колючую щеку.
– Не боишься избаловать Эмму? – хитро улыбнувшись, спросила она.
– Нет. Я понимаю, что излишней заботой и любовью можно задушить, буду сдерживать порывы, но сейчас, когда она мала, можно просто купаться в её обожании. Знаешь, – Мирт обнял жену и вдохнул запах её волос, – я очень рад, что первая получилась девочка. Она такая эмоциональная, открытая. Мальчики, мне кажется, гораздо более сдержанные даже в младенчестве.
– Мальчики тоже бывают разные. А в раннем детстве все дети эмоциональны.
– Правда? – хитро улыбнулся герцог. – Предлагаю проверить экспериментально.
– Это как?
– Сделаем мальчика и понаблюдаем, – промурлыкал Мирт, распуская корсет платья.
– О нет! Еще одного ребенка? Нет, рано…
– А мне кажется в самый раз…
Несмотря на все старания мужа, Ниана забеременела только через четыре года и родила мальчика, которого назвали Алеком.
Эпилог
В небольшой лекарской лавке пахло травами и цветочным мылом. За окном стемнело, но два новых артефакта давали неяркий ровный свет. Слева от входа стоял огромный шкаф с прозрачными дверцами, заставленный коробочками с порошками, пузырьками, флакончиками и бутылочками с разноцветным содержимым. Блики света таинственно отражались в стеклянных гранях, создавая правильную атмосферу.
В лавке был посетитель – молодой, невысокий парень, одетый в плотную рубаху, широкие штаны и жилет со множеством кармашков. Такие обычно носили подмастерья.
– Спасибо, госпожа Даяна! – звонким мальчишеским голосом поблагодарил посетитель, забирая с прилавка небольшую плоскую баночку, – ваша мазь действительно чудесная!
– Пожалуйста! – улыбнулась чуть полноватая женщина. – Передавай привет мастеру Вилору! Пусть поправляется!
Последнее пожелание она проговорила в спину парнишке, который практически скрылся за дверью.
– Обязательно! – прилетело в ответ.
Травница присела за прилавок и продолжила считать выручку за день. Выходило прилично. Еще немного и она сможет расширить своё дело, а то пока получается странно: купила весь домик, а пользуется лишь половиной. Второй этаж до сих пор нежилой, надо навести там порядок, лабораторию перенести в подвал. На первом этаже расширить торговый зал, прилавок лучше сдвинуть дальше вправо, а вместо двери сделать витрину, новый вход пробить на месте окна и купить еще один шкаф со стеклянными дверцами. Конечно, цены на такие вещи кусаются, ведь стекло нужно особое: толстое, магически обработанное, чтобы не разбивалось.
Женщина внимательно оглядела помещение, представляя, как оно будет выглядеть после.
– Может быть, витрину не заказывать, хватит и вывески? – задумчиво пробормотала она, и вновь погрузилась в расчеты, планируя, как лучше сделать.
Колокольчик над дверью звякнул, предупреждая о приходе посетителей. При взгляде на вошедших у травницы засосало под ложечкой от нехорошего предчувствия. Мужчина и девушка. Аристократы, если судить по кольцам на пальцах.