— Мне искренне жаль, что ваша помолвка с Ролдхаром расторгнута, но в этом нет моей вины. Проще всего искать причину в других, возможно, причина на самом деле в вас? Достойны ли вы быть рядом с таким драконом, как он?
Драконица в лице изменилась. Ярость хлынула, но перед ней вспышка изумления дерзостью обычной человечки.
— Думаешь, ты достойна? — усмехнулась она и опасно кралась в моем направлении.
Едва слышно нашептала заклинание простого щита. От драконицы веяло такой яростью, что я едва на ногах стояла, даже нападать не требуется. Когти Аласаны вытянулись, а на ее висках чешуйки проступили.
— Думаю, что нет. И вы ошибаетесь. Мы с Абелардом не связаны отношениями. Я здесь исключительно как аэлита ирда Д’Острафа и арда Нойрмана. Официально.
Ее губы дернулись в нервной улыбке и, сделав шаг еще ближе, так, что я чувствовала ее ледяное дыхание, драконица прошипела ядовитой змеей:
— Совсем скоро, оборванка, ты пожалеешь, что встала на моем пути. Совсем скоро!
Хотела сказать, что готова отойти в любой момент, но не успела. Подарив плотоядную улыбку, какая бывает у сытого хищного животного, Аласана медленно обогнула меня и, толкнув плечом, растворилась в полумраке коридора.
Вот теперь и гулять расхотелось. Я тяжелым мешком опустилась обратно на диванчик и до возвращения Абеларда даже не вставала. Опустошение, желание покинуть эту ярмарку лицемерия и зла, лишь окрепло, когда вернулся изумрудный дракон. Из-за необходимости объясниться со мной он упустил заговорщика. Нам осталось лишь его имя и принадлежность к сапфировым драконам.
— Не огорчайся, душа моя. Вообще, сейчас ты должна меня поддержать и сказать, что все будет хорошо.
— Уныние, действительно, грех, но вы сами понимаете, что я лишь обуза!
— Перестань. Без тебя я бы не подумал, что к заговору причастен ирд Хелингтон.
— Но мы не знаем наверняка! — я спешно поднялась. — Он мог просто выйти и…
— И принять иллюзорную личину, чтобы скрыться от преследования среди прислуги? — прищурился Абелард. — Тот, кому нечего скрывать, прятаться не станет. К тому же, иллюзии! Не снимай кулон. Ни на секунду… Кстати!
Лицо изумрудного дракона преобразилось, когда он увидел кого-то, идущего нам навстречу.
— Рад представить тебе…
— Borhes de sha, Sotho de sha! — воскликнула я, обомлев от ужаса. Абелард резко дернул меня на себя, незнакомец замер, качнулся и упал на одно колено. — Itha kada mia, Dumen!
Сорвала с себя васильковый венок и спешно обложила васильками умирающего незнакомца. Он хватался за сердце, силился вдохнуть, но не получалось.
— Raha, Latido, Qetro, Ponji! — призвала на помощь силы стихий, в лицо ударил соленый ветер с привкусом соли и запахом костра. — Todeus Ipsitum… имя? — выкрикнула нервно.
— Кайал ирд Д'Остраф, — подсказал Абелард.
Время для удивлений наступит позднее… Сейчас лишь цель.
— Todeus Ipsitum Кайал ирд Д'Остраф!
А дальше только магия Сотхо, которой я почти не владела. Которую практически не знала, но которая могла спасти дракона от смерти.
— Ashe! — приказала и, открыв глаза, едва устояла на ногах.
Голос сломался. Я понимала, что не имею и шанса на ошибку, ведь передо мной не просто дракон. Передо мной родственник Абеларда.
— Мне понадобится время, чтобы распутать сеть проклятия! Его уже активировали, и я не уверена, что справлюсь.
Я понимала, что с минуты на минуту в коридор кто-нибудь войдет, и объяснить происходящее не получится. Нет, меня страшила вовсе не возможная казнь, я боялась не успеть помочь умирающему дракону.
— Я могу его перенести?
— Только быстро и очень осторожно!
Кивнув, изумрудный дракон поднял Кайала на руки и, распахнув ближайшие двери, внес внутрь. Я спешно собирала в подол истлевшие васильки, впитавшие часть проклятия и за этим занятием меня застала ирда Нойрман.
— Очень любопытно, — заложив руки за спину, женщина впилась в меня яростным взглядом.
— Душа моя, ты… Ирда Нойрман? — Абелард выпрямился и, затолкнув меня в комнату с драконом, закрыл за собой двери, оставшись с матерью Ролдхара.
Что происходило в коридоре, я не знала, но использовала каждую секунду, чтобы помочь умирающему. Комната оказалась чьим-то рабочим кабинетом, и Абелард расположил мужчину на кожаном диване. Кайал хрипел, выгибался, его лоб покрылся испариной. Я же смотрела на сеть черных нитей, испещренных неизвестными рунами, которые, благодаря новым возможностям, должна, просто обязана понимать.
Итак. Сеть.
Эстефания учила распутывать плетения. Конечно, там было защитное заклинание, а не боевое, но суть одинаковая. Я видела сейчас ядро проклятия — оно медленно отравляло сердце. Чтобы добраться до ядра, следовало как раз снять сеть защиты. Одно неправильное движение — мгновенная смерть дракона.