— Может, я вас развяжу хотя бы?
— Не уверена, что графу это понравится.
Впрочем, я попросила его несколько ослабить путы, чтобы пропитанная едким составом веревка не так сильно жгла кожу. За этим занятием нас и застал его сиятельство. Занятая своими мыслями, я даже не расслышала его шагов.
— Так-так-так, чем это мы тут занимаемся?
Керот отскочил от меня как от огня и сжался в комочек в углу клетки. Мое сердце дрогнуло. Не должны дети страдать. Ну не должны и все! Как же я жаждала возмездия для графа! Никогда прежде, пока Борхес была, не желала никому вреда, но вот сейчас желаю. Желаю, чтобы по заслугам получил!
Вскинула подбородок, показывая, что не боюсь. Но, когда в дверном проеме Абелард показался, который затем в ирда Ламбелиуса превратился, затем снова в Абеларда, я стушевалась. Амулет… Кажется, сапфировый дракон пытается предстать передо мной в образе повелителя изумрудных.
— Ну, здравствуй, душа моя.
— Ирд Д’Остраф? — произнесла неуверенно.
— Помнится, прежде ты звала меня по имени.
— Помнится, прежде вы не якшались с предателями.
Дракон ухмыльнулся, а я взгляд отвела. Магия работала как-то странно. Иллюзия то исчезала, то восстанавливалась, я видела то сапфирового дракона, то изумрудного и это сбивало с толку.
— Все относительно в этом мире, милая девица. Я предпочитаю находиться на стороне сильных. И сила, увы, не за владыкой.
Я смолчала. Будь передо мной настоящий Абелард, ответила бы, но… Нет, настоящий Абелард друга бы не предал. Не могу себе этого представить.
— Ты сделаешь для меня кое-что и обещаю, мы сразу отсюда уедем.
Я встрепенулась. Уедем! Неважно, что передо мной ирд Ламбелиус. Мне главное сбежать отсюда! А пока — ничем не выдать, что я его настоящую сущность вижу.
— Уедем, куда?
— Какая разница, любовь моя. Главное, что мы будем вместе. Единственное, что от тебя требуется — написать письмо Ролдхару.
Сердце удар пропустило. Я не хочу участвовать в этих интригах, не хочу навредить владыке!
— А что, если я откажусь?
— Откажись! — воскликнул Адриан. — Пожалуйста, откажись! Мне давно хотелось попробовать кошачье мясо. Говорят, оно продлевает жизнь…
Азалия. Кажется, меня прижали к стенке.
Нехотя кивнула. Ролдхар взрослый мужчина. Надеюсь, несмотря на содержание письма, он поймет, что я действовала не по доброй воле. Сможет разобраться, что к чему. Ведь не должно же зло победить. Это неправильно! А сейчас по любому раскладу получается, что побеждает. Азалия схвачена, Нитаэль наказан, Абеларда в столице нет, владыка не знает, где я, из темницы мы выбраться не можем, а сестры напуганы и притаились. Никто не поможет мне, просто потому, что никто даже не знает, что я нуждаюсь в помощи.
— Азалия. Вы должны отпустить ее.
— Отпущу, когда закончишь письмо, — пообещал граф, протягивая между прутьями принадлежности для письма и толстую книгу.
— Дайте слово.
— И тебе будет достаточно моего слова? — Адриан в изумлении вскинул брови.
— Нет. Но иных гарантий вы мне все равно предоставить не в силах.
— Даю, птичка. Даю тебе свое слово. Пиши.
Положила писчие принадлежности на пол и протянула графу связанные запястья. Я напишу. Постараюсь как-нибудь украдкой намекнуть владыке, что я в опасности. Не знаю пока как, но постараюсь.
Растерла покрасневшую кожу и, расположив на коленях книгу и бумагу, обмакнула перо в чернила и замерла, в ожидании.
— Итак, — начал Абелард. — Пиши в точности, как я говорю. Дорогой ард Нойрман.
Рука послушно вывела имя владыки. Он всегда сердится, когда я называю его ард Нойрман. Возможно, это станет первым звоночком?
— Не вижу больше смысла терзать свое сердце. Я глубоко и без памяти влюблена в Абеларда.
Рука дрогнула и на листке образовалась клякса. Нельзя такое владыке писать! Он же обезумеет от гнева! Или дракон этого и добивается?
Ирд Ламбелиус фыркнул и протянул сквозь прутья новый листок.
— Я понимаю, дама ты не знатная, образование не получала, но постарайся не напортачить в этот раз. Пиши заново.
Дрожащей рукой вывела необходимые строки и замерла в ожидании новых пакостей.
— Поскольку ваши ухаживания стали для меня обременительными, а отказа вы не понимаете, мы вынуждены бежать.
Я подняла голову и нахмурилась.
— Я ведь знаю, что вы не Абелард. Можете прекратить свои игры. Ирд Д’Остраф вернется и разрушит ваши планы.
Ирд Ламбелиус жестко усмехнулся, не без удовольствия возвращая себе прежний облик.
— У магистра, дорогуша, везде последователи, — пояснил он. — Ближайшую неделю Абелард из своей долины не высунет носа. Повезет, если вообще у власти останется. Поверь, ему сейчас совсем не до тебя. Пиши, и не задавай лишних вопросов.