Последнее предложение прозвучало негромко. Дракон не желал признаваться в этом даже себе, но почему-то признался мне. Я оценила оказанное доверие ласковой улыбкой и вернулась к мясу.
— Значит, сегодня мы проведем день вместе?
— Да. В моем гнезде, у меня множество дел.
Перспектива просидеть целый день на диване, глядя, как дракон заполняет бумаги или общается на темы, о которых мне, наверное, знать вообще не положено, не порадовала. Вспомнив, чем закончилось мое предыдущее молчание, я осмелилась произнести:
— Возможно, — сказала и испугалась поднятого на меня взгляда.
— Что?
Вместо ответа принялась жевать. Госпожа Венера всегда говорила: «За столом, Василек, ешь, а не разговоры разговаривай. Это дисциплинирует и воспитывает силу воли. Ведьме говорить нужно мало и всегда по делу. Слово — сила наша. Язык твой — враг тебе».
Поскольку от меня по-прежнему ждали ответа, говорить все же пришлось:
— Вы все время проводите в гнезде?
— Вас что-то не устраивает?
Волна глухой ярости впилась в мою кожу неприятными иголками.
— Вы сказали, что на втором этапе мы должны друг друга узнать, — еще чуть-чуть и приборы в моих ладонях задрожат. Я устала испытывать страх перед ним. Если не устраиваю — пусть откажется от меня, так правда всем станет легче. Осмелев, решительно произнесла: — милорд, могу я быть с вами откровенной?
Дракон приподнял бровь.
— Я боюсь вас. Вы меня пугаете своей постоянной яростью, которая меня буквально с ног сбивает и душит. Я желаю вам добра и, если так будет лучше, давайте расстанемся сейчас…
— А давайте мы раз и навсегда закончим разговор на эту тему, — прорычал он, стиснув зубы так, что мне еще страшнее стало.
— Вы снова это делаете, милорд!
— Делаю что?
— Пугаете меня!
Тишина. Мы смотрели друг на друга и не знали, как выйти из какого-то странного, неестественного тупика. Ведь проще всего встать и уйти. Больше никогда не встречаться. Вот только я понимала, что этот странный дракон проник в мою душу и не встречаться с ним никогда-никогда…
Такая мысль напугала куда сильнее его ярости!
— Я молчал. А вы снова напуганы.
— Это уже моя собственная заслуга, а не ваша.
Дракон вдруг неожиданно улыбнулся, его плечи опустились. Он поднял бокал.
— А давайте выпьем, госпожа Айнари.
Пожалуй, неплохая идея. Взяла пузатый бокал, вдохнула аромат вина, уже нежный, едва уловимый и коснулась губами хрусталя.
— За то, чтобы у нас с вами все получилось, — негромко предложил мужчина, протянув бокал. — И чтобы вас не пугали собственные мысли.
Оторвала хрусталь от губ, мягко коснулась бокала владыки, и мы, глядя друг на друга, сделали несколько глотков. Вкусно. Терпкое, сладкое, с фруктовым послевкусием вино разогнало кровь и подарило телу приятное тепло. Я вернулась к мясу и с удовольствием подчистила тарелку.
Второе сменилось вкусными бисквитами со взбитыми сливками и ягодами. Бокал опустел, но повторять я не решилась, предпочла травяной чай, а вот владыка — вино.
— У вас были предложения? — дракон первым нарушил тишину, наблюдая, как я осторожно отламываю ложечкой десерт. К своему он не притронулся и, откинувшись на спинку стула, просто сидел и смотрел. — На счет сегодняшнего дня?
Молчала. Предложения есть, но владыка вряд ли их примет.
— Вы можете быть откровенной, госпожа Айнари. Более того, я на этом настаиваю.
— В таком случае, — аккуратно поставив обратно на блюдце чашечку с вкусным липовым чаем, я улыбнулась: — не хотите ли прогуляться?
Судя по взгляду — не очень.
— Вы сказали, что мы должны узнать друг друга. Ваш мир мне знаком. А что вы знаете о моем?
— Ваша мать — аптекарша, а отец — лесоруб, — цинично констатировал он.
Я грустно улыбнулась и отвела взгляд. Вино бы не помешало сейчас. Боль, конечно, притупляется с годами, но остается незаживающими рубцами на душе.
— Простите, — отчеканил дракон, осознав свою ошибку. Ощутив, пустоту внутри меня.
Я тряхнула головой и отогнала грусть. Мысль о том, что дракону может понравиться мир простых людей, мир, о котором он почти ничего не знает, воодушевляла. Возможно, если он увидит, что люди по сути своей вовсе не злые и не плохие, что мы — такие же, как драконы: любим, дышим, работаем и отдыхаем; он сможет справиться со своей яростью?
— Где ваша жажда приключений, милорд?
— Пришлось отказаться от нее, когда я стал владыкой.
— А давайте на сегодня вы не будете владыкой? Хотя бы на пару часов?