На лавочке под яблонькой меня ждал Абелард. Услышав, как открывается дверь в лавку госпожи Венеры, он поднялся и повернулся ко мне.
— У твоего дракона отменный вкус. Восхитительный амулет!
Невольная улыбка медленно сползала с лица. Дракон двинулся навстречу, а в центре его груди разрасталась тьма. Я отчетливо видела черный сгусток, который медленно расползался в стороны, а тонкие черные ручейки складывались в руны:
— Araht… Sotho… co, — осеклась, поняв, в чем дело. Почувствовала на плече ладонь Нитаэля, но все равно резко бросилась вперед.
— Василек! — крикнул призрачный дракон и кинулся за мной, но я уже повалила Абеларда на землю, закрыв своим телом. Секунда, наполненная осознанием собственной глупости, ироничный взгляд дракона. Но я же чувствовала… Видела!
— Borhes de sha!
— Стой, Василек!
— Ashe! — Нитаэль дернул на себя одновременно с моим приказом, но я держала Абеларда крепко.
Взрыв сотряс округу и оглушил. На миг скверик перед аптекарской лавкой погрузился во тьму, а воздух превратился в желе. Я попыталась поднять голову, но тело едва повиновалось. Подо мной лежал дракон, только какой-то неправильный. Вместо Абеларда — ящер человеческого размера. Вдалеке слышались крики и пронзительный женский визг, но я не могла рассмотреть, того, кто кричал. Сквозь чернильно-пепельную пелену люди и здания скорее угадывались. Вместо них — смытые очертания, словно шел проливной дождь, застлавший округу, исказивший предметы. Очень медленно, с усилием поднялась, разрывая собой пространство.
— При-игни-ись!
Время будто замедлилось, и крик Нитаэля растянулся, словно мягкая карамель. Немного опустила голову и надо мной стремительно пронеслась черная сущность, неподвластная искаженной реальности. Следом метнулась белая тень. Насилу подняла голову и с замиранием сердца следила за происходящим: как борются в небе черное и белое облака, как брызжут в стороны жемчужно-чернильные искры.
Мысли тоже текли вяло, поэтому не сразу догадалась, что удивительным образом оказалась в сумеречном мире! Там, где нет места живым. Выходит… Я умерла?
Повернула голову и осмотрела ящера. Тот по-прежнему лежал без сознания, только теперь вокруг него столпились тени, чьих лиц не разглядеть. Попробовала приблизиться и распознала в одной из теней Лиану, в другой — госпожу Венеру, в третьей — господина Каранода. Это сосед, он к нам часто за настойкой от подагры бегает и зельем для успеха у женщин.
— Василек, печать тьмы! От главы рода! Используй силу второго круга! — крикнул Нитаэль откуда-то сверху.
Печать тьмы? Но моему кругу запрещено использовать это заклятие — может разорвать! Непредсказуем откат, я погасить его точно не смогу. И как это отразится на среднем мире — тоже неизвестно. Да и вообще, получится ли?
Не сразу поняла, что светлое облако — это призрачный дракон, а темное… талдох?!
— Сейчас!
Прикрыла глаза, подавила поднимающийся откуда-то из живота страх и сконцентрировалась. За то, что я собиралась сделать, предусмотрено наказание. Верховной ведьмой, исконной магией. Но фамильяр взывает к моей помощи. О последствиях буду думать потом. Я все равно уже умерла.
— Oshia Borhes! Borhes de sha cinco tuares! Ascot, Itha kada mia! Utargo de vintigo, — меня затрясло от отданного приказа. Слишком сильный он. А я не обуздала еще возможность такой силой владеть. Нижний мир пошатнулся, раскрывая липкие объятия, растягивая пространственно-временные нити. — Anatares nito qhe! — приказав нижнему миру забрать порождения тьмы, я почувствовала мощь сестер, которые откликнулись на мой призыв. Сейчас каждая вливала силу, чтобы удерживать врата между мирами открытыми.
— Держи, Василек, держи и не закрывай! — приказал Нитаэль и, вцепившись в черное облако, стремительно понесся вниз.
Я увидела то, что прежде было скрыто: мерцающую тонкую грань между мирами, за которой толпились души давно умерших, в которую бились сущности и порождения яростной тьмы, желающие проникнуть в наш мир, получить шанс на повторное рождение или месть. На миг контроль ослаб и грань начала исчезать, но я вовремя спохватилась. Если фамильяр там, я должна удержать врата, чтобы он вернулся!
— Utargo de vintigo! — грань вновь подчинилась.
Вскоре из серой пелены вырвался белый сгусток:
— Закрывай! Быстро-быстро-быстро!!!
— Raha! — вспыхнул огонь, и на меня плеснуло жаром. — Latido! — ветер направил пламя на грань, отсекая сущностям любую возможность проникнуть в сумеречный мир, мой голос сорвался, но я продолжала вливать силу. — Qetro I ponji! Todeus wehalo de vintigo, — выпалила на последнем дыхании. — Gatra Borhes!