Мы немного посидели в молчании. Вокруг было тихо, даже старый лес перестал скрипеть, словно прислушиваясь к нашему разговору.
- А ты тоже видел прекрасный золотой цветок? – не удержавшись, спросила я.
- Ну я помню что-то большое, круглое, и светящееся так красиво… я тогда не разобрал, что это было, маленький же еще был, - как-то виновато склонил голову Ксандр.
- Всеблагой, как же тебе было больно! – ахнула я. – Я кричала на весь лес!
- Знаешь, а вот боли я совсем не помню. Может быть она и была, но воспоминаний о ней не осталось.
По моему телу прокатилась волна дрожи. Почему это случилось именно с нами? За что нас избрал Всеблагой? Что нас ждет?
Я посмотрела на Ксандра, но тот тоже сидел, уставившись в землю, о чем-то задумавшись. Тогда я встала и подошла к тихо скрипящим деревьям – казалось, что они о чем-то шепчутся между собой. Может быть, они тоже услышали историю, и это снова напомнило им о страшных временах…
Я осторожно прикоснулась к стволу одного из деревьев и прошептала: «Бедные вы мои, как же вам досталось. Я не знала, нам никогда не рассказывали… Мне так жаль. Простите …». Я не знала, за кого я прошу прощения, но мне было искренне жалко лес. Я прижалась щекой к шершавому стволу. На какое-то время стало тихо, казалось, словно даже время замедлило свое обычное движение, а потом узловатые, изогнутые деревья начали расступаться, открывая узенькую тропинку.
Я оглянулась на Ксандра – он по-прежнему сидел, не замечая ничего вокруг, а между тем, что-то жесткое и острое уперлось мне между лопаток, подталкивая по направлению к тропинке. Пришлось шагнуть на усыпанную сухой листвой почву, внутренне замирая от страха. Но ничего страшного не случилось – деревья тихо шелестели, дорожка не разверзлась у меня под ногами. Я продолжила идти – деревья отступали с тихим шорохом, освобождая узкий проход, и с таким же тихим шелестом смыкались за моей спиной. Я старалась не думать о том, как буду возвращаться.
Внутри было мрачно. Несмотря на удушающую жару снаружи, здесь было прохладно, потому что даже послеполуденное солнце не могло пробиться сквозь плотный заслон ветвей. Тут не было ни птиц, ни животных, хотя, по рассказам Ксандра, до драконов они всегда находили убежище в этом лесу.
Тропинка вывела меня к овальной поляне, густо заросшей мхами и папоротниками. Видеть тут сочную зелень оказалось очень неожиданно, но при этом смотрелось она очень органично. Но самое странное, что они росли не беспорядочно, а в какой-то особо симметрии вокруг исполинского дерева, вздымающегося посреди поляны.
Дорожка стелилась прямо к нему, причем папоротники торопливо уползали с ее пути, а еще и отворачивали свои листья, чтобы они не коснулись меня. Интересно, они боялись за листья или за меня? Скорее всего, отнюдь не за меня.
Я подошла к исполину и запрокинула голову. Однако сколько бы я ни напрягала зрение, я так и не смогла оценить его высоту. Тогда я подошла еще ближе и прикоснулась пальцами к коре дерева, а оно внезапно загудело. Я испугалась так, что взвизгнула, подпрыгнула и попыталась убежать одновременно, но в итоге запуталась в своих ногах и чуть не упала. В гудении дерева мне послышался хохот.
Вылезший из-под земли корень настойчиво подтолкнул меня обратно к дереву. Я прислонилась к стволу, который продолжал равномерно гудеть словно мотор. И тут мне показалось, что я разбираю отдельные слова. Я прислонилась к стволу ухом – и правда! Дерево не просто гудело, оно со мной говорило!
- Какой интересный детеныш, - пробасило оно мне прямо в ухо. – Ты жалеешь нас, но разве ты не злишься за то, что мы с тобой сделали?
- Вы сделали?
- Мы дали тебе золотой цветок, мы превратили тебя в дракона. Но ты нас жалеешь?
Я задумалась. Я же сама пошла в лес, сама взяла цветок, несмотря на все предупреждения. Как я могу обвинять в этом деревья?
- Я не злюсь на лес. Я сама виновата. Только не понимаю, зачем вам превращать людей в драконов? Это же они уничтожили Лес. И как это возможно?
Дерево снова загудело, заухало как сова – это оно так смеялось, поняла я.
- Вы – драконы Леса, а значит, будете всеми силами нас защищать. И ваших людей заодно. А цветок – это сила драконов, оставленная ими в земле. Мы собираем ее и ждем, пока какой-нибудь ребенок забредет на нашу территорию…